— Пойдем выпьем кофе — и за работу.
Как младший по возрасту, Кегл покорно отправился добывать кофе. Он вернулся с двумя чашками крепкого черного зелья и, поставив одну перед Флинном, снова повернул кресло так, что они оказались лицом к лицу — Если убийство было преднамеренным, думаю, пока следует исключить слуг, — предложил Флинн.
— Почему? Насколько я понял, старая леди была чертовски въедлива и сварлива.
— Если она так всем надоедала, кухарка давно бы подсыпала ей мышьяку. И уж во всяком случае, прислуга не терпела бы ее так долго.
Флинн вычеркнул четыре имени.
— Горничные вряд ли отважились бы на такое, им проще было уволиться.
Кегл покачал головой и осторожно отхлебнул обжигающе-горячего кофе, пока коллега вычеркивал еще два имени.
— Как насчет Дишлера? — спросил Флинн.
— Вряд ли. Он работал на Рейнолдсов несколько лет и, очевидно, предан семье. Кроме того, в два счета подтвердил рассказ Мейтленда. Мимо цели.
— Согласен, но лучше его проверить, — решил Флинн. — А Мейтленд?
— А какой у него может быть мотив?
Флинн задумчиво покатал карандаш между пальцами.
— Он мне не нравится.
— В таком случае к чему тратить время? Бежим за ордером, — сухо буркнул Кегл, но, видя, что Флинн продолжает терзать карандаш, с любопытством осведомился. — Почему он тебе так не нравится?
— Сцепились как-то год назад, когда я пытался расспросить его сестричку, откуда ее приятели достают наркоту — И?
— И он взорвался, как петарда. Надменный ублюдок, а его адвокаты — просто свора доберманов. Представляешь, из-за такого пустяка напустил их на нас.
— Раз так, к чему ордер? Давай засадим его в кутузку! — с серьезным видом предложил Кегл.
— А его сестра еще то отродье, — продолжал Флинн, не обращая внимания на молодого человека. — Прозвала меня Шерлоком.
— Эй, а давай и ее бросим в тюрягу, — обрадовался Кегл, но когда Флинн, явно не оценив шутки, посмотрел на него волком, осторожно заметил:
— Может, поговорим и о других, более подходящих кандидатурах?
— Да почти никого и не осталось. Парис Рейнолдс?
— Возможно.
— Почему? Мотив! — потребовал Флинн.
— Картер Рейнолдс сказал, что все имущество покойной унаследуют он и старшая дочь. Флинн невесело хмыкнул:
— Считаешь, что кто-то из этих двоих срочно нуждался в деньгах?
— А если Парис устала ждать свою долю и решила стать независимой от папочки?
— Но Эдит было девяносто пять! Она и сама скоро откинула бы копыта!
— Знаю. Но все же не стоит пока исключать Парис.
— Ладно, не буду. Как насчет страхового агента? Ричардсона?
— Ну как же, — фыркнул Кегл.