Она не стала напоминать, что это именно он беспрерывно спорит с ней с того самого момента, как заехал за ней в Дэнверс-холл.
Вместо этого Мадлен замолчала, пытаясь унять подступающую тошноту от гложущего ее страха и тряски экипажа.
К тому моменту, когда Фредди остановил лошадей на краю зеленого луга, мгла немного рассеялась.
У Мадлен опять отяжелело сердце, пока она вглядывалась в окутанную туманом даль. Было уже достаточно светло, чтобы различить несколько экипажей, прибывших сюда перед ними, и группку людей посреди поляны.
— Вы же говорили, что они не начнут, пока полностью не рассветет! — воскликнула она взволнованно.
Не дожидаясь ответа Фредди и его помощи, она выпрыгнула из коляски и поспешила к середине луга. Подол ее юбки тут же пропитался влагой от мокрой травы, затрудняя движение, но даже железные оковы не смогли бы ее сейчас удержать.
Как она и ожидала, ее прибытие было встречено гробовым молчанием. В темном плаще, черном капоре и вуали у нее был вид скорбящей вдовы, но Рейн явно узнал ее, что было видно по его сердитому взгляду, и барон Эккерби, видимо, тоже.
Не давая им времени опомниться, девушка решила воспользоваться эффектом неожиданности.
— Доброе утро, джентльмены. Боюсь, вы зря встали в такую рань, ибо я настаиваю на отмене этого незаконного мероприятия.
Она застала их за изучением содержимого двух футляров для пистолетов. Очевидно, в этот момент они были заняты проверкой исправности механизмов дорогого оружия тонкой работы. Рядом с Рейном стоял жилистый, с острыми чертами лица господин, одетый в простой темный костюм. Мадлен решила, что это его секундант, а пожилой мужчина, стоявший около Эккерби, видимо, оказывал ту же услугу барону.
Губы Рейна неодобрительно сжались, в то время как его приятель, не смутившись, смотрел на незнакомку с веселым любопытством.
Мадлен, правда, не находила ничего веселого в том, что взрослые мужчины собираются пустить друг в друга пулю, и была намерена помешать этому, даже если бы пришлось встать между дуэлянтами.
Но сначала она должна была урезонить Рейна, который, казалось, совсем не в восторге от ее появления.
— Какого черта вы тут делаете? — спросил он мрачно. — Вы же знаете, вас здесь быть не должно.
— Позволю себе не согласиться, — ответила она хладнокровно, стараясь унять мелкую дрожь. — Поскольку вы стреляетесь из-за меня, я полагаю, что имею право высказать свое мнение на этот счет.