В дверях стучали тихие каблуками, а за ними наступил безмолвный мир. Сережа властно поднял девушку на руки, его мужская сила словно вопреки собственной физике. Она закрыла глаза от ужаса и изнеможения, губы пересохли, но голос остался чужим, заперт в горле.
С шрамами и лишними килограммами она слегка, не до конца, утратила веру в свою привлекательность. Ей очень давно не говорили комплиментов. Вот таких — с придыханием, сквозь плотно сжатые губы. И с эрегированным членом.
Когда мужчина «готов» — это лучший комплимент, разрушающий все сомнения.
Трусики последовали следом.
Алексей не спешил подходить. Он стоял в метре от неё и откровенно голодным взглядом пожирал её. Не улыбался, не говорил какие-то милые глупости. Он именно смотрел. Наверное, как и она минуту назад.
Томление между ног усиливалось. Если она вся пылала от одного поцелуя, от вида обнаженного мужского тела, то что с ней будет, когда перейдут к более откровенным ласкам? Соски затвердели, и даже ощущалось легкое покалывание. Они ныли…требовали, чтобы к ним прикоснулись.
— Охрененно красивая.
Теперь Алексей смотрел на светло-рыжеватую поросль волос, что прикрывали её лобок. Полина покраснела. Она делала эпиляцию, но совсем чуть-чуть. Лишь убирала крайние волоски.
Его слова вызвали шквал новых эмоций в теле Полины. Оно отозвалось, заиграло иначе. Отошли на задний фон прочие сомнения.
Когда Алёша сделал шаг к ней, она с трудом подавила желание опуститься на диван.
Пусть он сам…
Шалов, приблизившись, опустил руки на её плечи и чуть сжал. Его глаза пытливо смотрели ей в лицо, точно пытаясь там отыскать следы сомнений. Полина, тяжело дыша, отчего её небольшая аккуратная грудь рьяно поднималась и опускалась, тем самым задевая сосками-камешками мужскую грудь, неотрывно смотрела в ответ.
Никаких сомнений, Шалов.
Его руки были сильными. Мускулы заиграли, резче очертились. Его бронзовая кожа казалось шелковой. Шелковая сталь, наверное, так бы охарактеризовала её Поля. До которой тоже безумно хотелось дотронуться.
У Алексея было несколько тату, витиеватые рисунки, украшающее предплечье и грудь. Они нисколько его не портили. Напротив, придавали его телу дополнительную изюминку, харизму.
А вот от искушения прикоснуться к ним Полина не устояла. Подняла руку и пальчиками дотронулась до таинственного зверя на груди.
Шалов замер, а потом…
— Поля, извини, но сейчас мне не до игр. Слишком сильно хочу тебя.
Он распластал ладонь на затылке и чуть сжал его, то ли массажируя, то ли обозначая захват. Но тело Полины отозвалось мгновенно — жаркая волна прокатилась от шейного позвонка и ниже.
