Автор
В дремучих лесах неожиданно открывается портал в некогда забытую эпоху, где каждое звено цепи привязано к судьбе целой планеты. Номер 19 — это история о связи между настоящим и прошлым, когда отступление неизбежно становится единственным решением.
Когда они вышли наружу, Донни глубоко вздохнул.
– Ты как? – поинтересовался Рик.
– Вполне.
– Такое всегда бывает первый раз.
– Я хотел спросить… Можно?
– Валяй.
Донни, помявшись, спросил:
– И все-таки, те руки… Детские. Откуда они?
Рик склонился над ним, нависая, будто гора.
– Ты задаешь много вопросов, Донни, – проникновенно заговорил он. – Которые не имеют отношения к твоей работе.
– Я только…
– Хорошо, я скажу, – не дал ему закончить Рик. – Может, после этого ты будешь лучше спать. Это был автобус с группой из интерната, и он попал в аварию.
Молодой человек плотно сжал губы.
– Понятно.
– А теперь чеши на кухню. Там для тебя наверняка появилась работа.
– А вы?
– А я загляну на склад. Посмотрю, какой сегодня завоз, – ответил помощник шеф-повара. – Дорогу найдешь?
Донни сказал, что найдет.
Как только Рик ушел, он медленно двинулся по узкому коридору.
Похоже, он начинал догадываться, где и при каких обстоятельствах они могли пересечься с Риком.
* * *– Ксюша?
Она подняла голову, дрожа как перепуганная собачонка.
– Ксюша? – вновь позвал Олег.
– Я здесь, – пискнула она. – Этот… он хотел, чтобы я…
– Я знаю, что он хотел, – перебил ее старик. – Не разговаривай с этим уродом. Поняла? Если он начнет с тобой говорить, закрой глаза и считай про себя.
– Считать?
– Да. До ста, до миллиона, нет разницы.
– Я не умею до миллиона, – призналась Ксения.
Олег сплюнул алый сгусток. Часть слюны осталась на его щетинистом подбородке, блестя свежей кровью.
– Это неважно.
– Когда придет Света? – едва не плача, спросила Ксения. – Она уже давно должна была покурить… Я переживаю за нее!
Олег тяжело вздохнул, машинально прислушиваясь к неравномерно сбивчивому стуку сердца. Он подумал о машине, в двигателе которой вышел из строя один из цилиндров.
– Бедное дитя, – проговорил он, вытирая кровь с губ. – Неужели ты до сих пор ничего не поняла?
С резким ударом хлопнула дверь, и по коридору гулко застучали ботинки.
«Я буду считать про себя», – мысленно произнесла Ксения, вспомнив наставления Олега, и крепко зажмурилась, когда возле ее камеры кто-то остановился.
– Вот и я, волшебная фея, – хрюкнул «поросенок». Он прерывисто дышал, словно только что пробежал стометровку. – Соскучилась? Мой петушок – да. Кстати, у тебя будет соседка. Ты должна сказать мне спасибо, потому что теперь тебе станет веселее.
