* * *Где-то впереди раздались далёкие выстрелы, быстро перерастающие в перестрелку, и Пётр поспешил к обочине дороги.
– Уходим в кусты, скорее! – Он схватил за руку дочку, замершую при первых звуках выстрелов.
– Это далеко! – Олеся недовольно скривилась, но вырываться не стала. – Можно подойти ближе!
– По кустам подойдём! – Анна Хабибовна выступила на стороне Петра. – Зачем рисковать? Вдруг оттуда бандиты на лошадях прискачут!
– Стук копыт слышно издали! – Олеся спешила в кусты вместе с Петром и капризничала просто так, видимо, пыталась таким способом храбриться. – Впереди конных нет!
– Пока нет, а через минуту будут! – укоризненно заявил Пётр. – Сама знаешь, как быстро всадники приближаются! Ты же в прошлый раз бандитов заметила первая!
– И сейчас первая их замечу! – Олеся выставила своё заявление в пику его.
– Обязательно! – Пётр сменил тактику общения с дочкой. – На тебя вся надежда, у тебя слух лучше всех! И до кустов ты успеешь добежать быстрее нас! А нам как быть?
– Ну о’кей, – Олеся согласилась с видимым облегчением. Было несложно заметить, что ей самой сейчас страшнее всех. – Го по кустам! Предупрежу, если что!"
"Она крепче сжала свою сумку, чтобы не сильно задевала о кусты, и энергичнее заработала ногами. Через минуту все трое прятались в неширокой придорожной лесополосе, напряжённо вглядываясь в сторону, откуда доносились звуки перестрелки. Пётр поправил съехавший капюшон самодельной накидки и искоса посмотрел на дочку. Та вроде была в порядке. Обычно днём с ней проблем не было, лишь бы только какой-нибудь испуг не застал её врасплох.
После смерти матери и младшего брата Олеся сильно изменилась. Вид их трупов, окровавленных и изрешечённых картечью, охваченных пламенем посреди горящего склада, заполненного мёртвыми телами, сильно повлиял на психику десятилетнего ребёнка. Олеся стала кричать по ночам, жаловалась на кошмары, в которых постоянно видит картину смерти матери и братишки, и впадала в животную панику, если что-то пугало её внезапно, безо всякого вступления, например, неожиданный голос из темноты в упор или столь же неожиданный захват сзади, даже если это всего лишь было касание ладони или плеча пальцем. В такие моменты Олеся истошно визжала, словно её резали по живому, и бросалась бежать куда глаза глядят.
На открытой местности это было чревато тем, что ребёнок в панике убежит куда-то, не разбирая дороги, и потеряется либо упадёт куда-нибудь и травмируется. В помещениях такой опасности не было, Олеся не убегала далеко, пытаясь спрятаться в каком-нибудь углу, шкафу или под ближайшей кроватью. Но в этом случае возникала другая угроза: её пронзительный крик был слышен очень далеко, и это привлекало бандитов и прочих злоумышленников.