Автор
В зловещем пристанище, где молитвы о вечном покое были услышаны как призыв к смерти, Елена-Луиза Кинкейд пала жертвой неуместной чистоты. Ярость церкви заставила ее быть заключенной среди могильных холмов, её тело должно было исчезнуть под землёй, изгнанная от святых кладбищ. Но её гневный дух продолжает проклинать мир в этом мрачном убежище, где дождь нависает над безмолвными могилами....
Джейми достала из кармана чулок и намотала его на заготовленную Гавином дощечку. Вторую дощечку подготовил он сам. Пора было заняться рукой.
– Надеюсь, Ангус крепко спит и не почувствует боли, – заметила Джейми, обращаясь к мужу. – В Англии для более крепкого сна делают снотворное из морской губки, но я стараюсь не применять это лекарство, так как человек может не проснуться. Алек, ты должен помочь мне, а то, боюсь, у меня не хватит сил. Гавин, нарежьте полоски материи, чтобы мы могли скрепить дощечки.
Джейми надела третий чулок на распухшую руку Ангуса и, прорезав в нем пять отверстий, пропустила через них его пальцы.
– Алек, придерживай кисть, а вы, Гавин, возьмите за руку и начинайте потихоньку ее выпрямлять, а я тем временем займусь костью. Элизабет, вам лучше отвернуться – это зрелище не из приятных.
Сделав глубокий вдох, Джейми скомандовала:
– Начали!
Только с третьей попытки ей удалось совершить задуманное. Положив одну дощечку снизу, а вторую сверху руки, она приказала Алеку держать их, а сама принялась обматывать полоской льняной ткани.
– Самое худшее позади, – сказала она, облегченно вздохнув.
– Вы забыли про рану на груди, миледи, – напомнил священник. Он закашлялся громким хриплым кашлем. – Мне кажется, там огромная дыра, – добавил он, отдышавшись.
– Там нет ничего страшного, – ответила Джейми.
Вздох облегчения пронесся по залу. Джейми велела посветить ей, и все вокруг склонили над столом свои свечи.
Джейми попросила принести кружку горячей воды.
– Выпейте это, отец. Мое лекарство вылечит вас от кашля. Священник ошеломленно молчал. Потом, не говоря ни слова, сделал осторожный глоток и сморщился от горечи.
– Пейте, пейте, – скомандовала Джейми, – лекарство горькое, но оно поможет вам.
Священник повиновался и выпил все до последней капли.
Джейми занялась раной на груди Ангуса.
Алек приказал принести в зал кровать для Ангуса, чтобы Джейми было удобно присматривать за ним.
Жена Ангуса Элизабет за всю ночь не промолвила ни слова. Она с тревогой наблюдала за Джейми, латающей раны ее мужа.
