Автор
В ушах еще стучит голос отца Панкратия — "недостойный грешник". Но сегодня он стоит прямо перед участковым, словно забыл о вчера. Странная ситуация: полицейский и священник за одной об стенкой. Агриппина Наумовна смотрит на него исподтишка — что это значит? Вот только сейчас ей нужно решить, стоит ли верить в эту необъяснимую правду или остаться при своих убеждениях....
Как бы там ни было, Алексей, убедившись, что на нем остались одни трусы, шагнул к Олесе, обхватил ладонями ее лицо и с глухим стонов впился в ее губы поцелуем. Коробка с громким стуком упала, а Олеся даже не поняла, когда оказалась прижата к стене. Одна рука мужчины скользнула на ее затылок, прижимая сильнее, ближе, вторая забралась под халат и тогда уже Олеся хрипло и протяжно выдохнула, подаваясь навстречу.
— Леша-а….
— Нет, не так…, - пробормотал Алексей, приподняв ее.
Она даже не сразу поняла, что он ее несет.
— Я не красивая…, - попыталась она прикрыться халатом.
— Очень красивая, — не согласился с ней Алексей. — Самая красивая, — он мягко убрал ее руки от халата.
— Но свет…, - Олеся почти смирилась."
"— Я хочу видеть тебя. Именно тебя, — покачал он головой, нависая над ней.
И столько жадности было в его взгляде, в дрожащем сиплом голосе, в руках, которые, казалось, не могли перестать ее трогать, что Олеся сдалась.
Как оказалось, разница была. Она видела его. Видела его желание, видела себя такую рядом с ним, и в какой-то момент поняла, что просто счастлива сейчас. И этого было более чем достаточно для того, чтобы поверить в свое личное новогоднее чудо….
***
Они просто лежали, под одеялом, которое Алексей все же соизволил набросить на них. Он молчал, прижимая ее голову к своей груди. Олеся понимала, что сейчас нужно ловить каждую секунду его пребывания рядом с ней.
— Я не детдомовский, не бойся. — Вдруг заговорил он. Олеся напряглась, но ни на миллиметр не сдвинулась, показывая, что готова слушать дальше. — Но и не сильно лучше. Мать выпивала, отца я даже не знаю.
