Автор
Белла Свон теряет своего возлюбленного Эдварда, когда он покидает её, чтобы спасти от опасности. Погружаясь в отчаяние и боль, девушка находит утешение в дружбе с Джейкобом. Но её надежды разбиваются, когда тайны прошлого всплывают вновь, угрожая всему, что ей дорого.
Раздел Chitat.online для книги «Новолуние» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Белла Свон теряет своего возлюбленного Эдварда, когда он покидает её, чтобы спасти от опасности. Погружаясь в отчаяние и боль, девушка находит утешение в дружбе с Джейкобом. Но её надежды разбиваются, когда тайны прошлого всплывают вновь, угрожая всему, что ей дорого.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Белла Свон теряет своего возлюбленного Эдварда, когда он покидает её, чтобы спасти от опасности. Погружаясь в отчаяние и боль, девушка находит утешение в дружбе с Джейкобом. Но её надежды разбиваются, когда тайны прошлого всплывают вновь, угрожая всему, что ей дорого.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Судорожно стиснув зубы, он процедил:
– Неужели? И что за дела такие? По сравнению с чем даже возвращение Виктории отходит на второй план?
– Ну, назовем это второй по важности задачей… – уклончиво ответила я.
– Хорошо, пусть так, – с подозрением кивнул Каллен.
Я запнулась, не зная, отважусь ли назвать фамилию.
– За мной могут прийти другие, – чуть слышно прошелестела я.
Эдвард вздохнул, но отреагировал не так бурно, как я опасалась.
– Значит, Вольтури всего лишь проблема номер два?
– По-моему, они тебя не слишком беспокоят, – отметила я.
– Ну, времени на подготовку более чем достаточно. Видишь ли, они воспринимают время совершенно иначе, чем ты или даже я. Годы для Вольтури – то же самое, что для тебя дни. Не удивлюсь, если до твоего тридцатилетия они ни разу о нас не вспомнят, – беззаботно пояснил парень.
Я похолодела от ужаса.
До тридцатилетия…
Получается, все обещания были пустыми… Раз мне суждено стать тридцатилетней, значит, Эдвард не рассчитывает остаться надолго. Как больно… А это доказывает, что я все-таки начала мечтать и надеяться, хотя так старалась держать себя в руках.
– Ничего не бойся, – успокоил он, с тревогой наблюдая за слезами, выступившими на моих глазах. – Я не позволю им тебя обидеть.
– Пока ты здесь, да…
Господи, да какая разница, что случится, когда я снова останусь одна?
Зажав мое лицо между мраморными ладонями, Эдвард впился в меня черными, словно ночь, глазами. Как же отвернуться, если они притягивают сильнее любого магнита?
– Я никогда тебя больше не оставлю.
– Сам же говорил о тридцатилетии! – Прорвав невидимую плотину, по щекам покатились слезы. – Говорил же? Ты что, останешься и позволишь мне стареть?
Взгляд смягчился, хотя холодные губы превратились в жесткую полоску.
– Именно так я и собираюсь поступить. А что еще остается? Жить я без тебя не могу, но и душу твою губить не намерен.
– Неужели это так… – Я старалась говорить спокойно, однако вопрос был мне явно не по зубам. Услужливая память тут же воскресила лицо Эдварда, каким оно было, когда Аро чуть ли не умолял сделать меня вампиром. Отвращение и неприязнь – вот что оно выражало. Чем объясняется его упрямство? Стремлением спасти мою душу – или неуверенностью, что я буду нужна ему до скончания веков?
– Неужели?.. – напомнил Каллен, рассчитывая услышать вопрос целиком.
Пришлось задать другой, не менее сложный.
– Что будет, когда я состарюсь и буду годиться тебе в матери или даже в бабушки? – раздраженно спросила я, вспомнив, как во сне увидела в зеркале бабулю.
Родное лицо светилось нежностью и участием, а холодные губы смахнули с моей щеки непрошеную слезинку.
– Для меня ты навсегда останешься самой пре красной и желанной, – прошептал он.
