Вокруг дворца суетились люди, как прибывшие, так и выбежавшие из дворца. Обычная безумная суета большого пожара охватила округу. Где-то звенел колокол, куда-то несли лестницы, кто-то лопатами кидал снег в огонь, кто-то тянул шланг, с улицы бежали желающие помочь и просто приличествующие случаю зеваки. Зазвучал колокол приближающейся пожарной машины.
Огонь тем временем полыхнул из других помещений дворца, что наводило на подозрения о том, что не все из суетящихся людей заняты тушением пожара, а некоторые из них так как раз наоборот – делали все, чтобы пожар охватил чуть ли не все помещения дворца.
Сандро отдавал распоряжения, уже понимая, что пожар разрушил все предварительные планы и расчеты, и нет никакой уверенности в том, что им удастся проконтролировать всех людей в этом хаосе. В этих условиях нечего было и думать о том, чтобы выловить всех участников заговора. Тут бы благополучно отыскать всех заложников, а о большем великий князь уже и не помышлял.
В этот момент показалась Мария Федоровна, которая спешно подошла к Александру Михайловичу.
– Сандро! Там из дворца вывели семью Николая.
– Слава тебе, Господи!
Великий князь снял папаху и перекрестился. Но, как оказалось, вдовствующая императрица еще не закончила.
– Семью вывели. Но не всю…
Сандро похолодел от дурного предчувствия.
– То есть? – спросил он дрогнувшим голосом. – Что значит не всю?
Мария Федоровна несколько секунд смотрела на него неподвижным взглядом, а затем закончила:
– Николая и Алексея нигде нет. Их давно отделили от семьи, и где их содержали, никто не знает.
Александр Михайлович с ужасом посмотрел на охваченный пламенем Александровский дворец…
Зал Ротонда был заставлен снесенными со всего дворца стульями, на которых восседали прибывшие из Царского Села представители прессы.
Впрочем, слово «восседали» никак не подходит к тому бедламу, который творился в помещении. Газетчики бродили по залу, сбивались в кучки, пытались друг у друга узнать свежие новости и актуальные слухи высшего света.
Когда лично царь соблаговолит к ним пожаловать, объявлено не было, дело явно затягивалось, но разве это имело значение? Было ясно – все действительно стоящее делается здесь, а значит, опоздать они никак не могут!
Внезапно открылась дверь, и по рядам репортеров пошел шепоток. Зазвучали голоса, кто-то даже попытался выйти из зала Ротонды. Шум усилился. Явственно зазвучали голоса:
– …в Царском Селе сгорел дворец…
– …сгорел вчистую в ходе штурма!
– …Николая и Алексея нигде…
– …погибли при штурме!
В этот самый момент в дверь квартиры зазвонили. За дверью комнаты раздались какие-то звуки, потом шаги, и вот на пороге появилось три серьезных джентльмена, которые озадаченно оглядели происходящее в комнате.