В глубинах веков, где лед и пламень борются за господство, уживаются таинственная ведьмачья сила и древние заклятия. Название "Ну ты и ведьма!" - это не просто приквел к миру, но волшебная история о смелой девочке, чью жизнь будет изменена навсегда.
– Природа у нас, говорит, красивая, самое то для мирной жизни.
Все понятно, влюбился в какую-то ведьму, а она не захотела улетать с ним в горы. Пришлось селиться здесь.
– А Йенран твой начал вить гнездышко после совета видящей.
Мать внезапно ответила на давно заданный вопрос.
Прекрасно, у поселка и своя прорицательница есть! Медом здесь намазано, что ли?
Я молчала, сдерживая любопытство, и мать, пока поднимались по широкой лестнице, продолжила рассказ:
– Йенран твой маялся, не было у него цели в жизни стоящей.
Я закусила губу, чтобы не застонать. Это все я со своими пожеланиями не давала ему покоя! Бедный мой маг!
– Однажды, когда в очередной раз заглянул к нам, видящая пошутила: мол, о будущем не думает лорд, жене его долгожданной в брачную ночь придется под грибом спать, ведь столичный дом далеко от Мертволесья. На следующий день он с драконом договорился за камнем сгонять и возвел домину за неделю.
Йенран упорный и предусмотрительный.
– Видать, это не шутка была, видящая знала о вашем совместном приходе сюда.
Старшая отомкнула дверь в свои покои, посторонилась.
– Прошу.
Я вошла. Вмиг зажглись магические светильники, заливая мягким золотым светом книжные стеллажи у стен. Длинный стол, шесть стульев и больше ничего. Скромная обстановка, если не учитывать бесценных книг по магии. Хм, по стилю напоминает кабинет одного высокопоставленного мага…
Я жестом подозвала ближайшие стулья – для матери и себя.
– Зея, поздравляю, – торжественно произнесла она, присаживаясь, – ты стала полноценной хранительницей.
А что, сомнения были? Вопрос едва не сорвался с губ. Я молча кивнула, готовясь к претензиям.
– Хорошо, что с Кассием не вышло, с гнильцой оказался, блудливым.
– И женатым до сих пор, – заметила я, старательно сдерживаясь.
Мать не удивилась. Уже знала?
Чую, сейчас опять начнутся разговоры о несчастных сестрах по дару и моем великом долге, теперь уже в качестве хранительницы.
– Фарийский – хороший мужик, тебя любит, но должность у него так себе. Солидный маг, хватит подвиги совершать, пора и о государственных делах подумать, – мать поморщилась. – Ему бы магистром Совета стать, будешь через него влиять на…
То есть как двадцать лет я жила в Занебесье, ее не интересует? Елки-метелки! Сразу командовать? Я не стала слушать дальше, терпение закончилось.
