В глубинах веков, где лед и пламень борются за господство, уживаются таинственная ведьмачья сила и древние заклятия. Название "Ну ты и ведьма!" - это не просто приквел к миру, но волшебная история о смелой девочке, чью жизнь будет изменена навсегда.
Последних выбирали в основном наследники высоких домов, те, у кого уже были договорные невесты из магичек.
– Чейл, как давно появился этот дурацкий день? И неужели он проходит гладко, без жертв?
Сомневаюсь, что ведьмы преспокойно ждут, пока их похитят незнакомые мужики.
Наморщив лоб, Чейл задумался.
– Лет пять, кажется. Неприятные истории случаются, но обходится без смертей и увечий. По нашим наблюдениям, в основном похищают ведьм – любовниц высокопоставленных магов, чтобы жениться на них.
Хм, то есть в похитители идут маги с серьезными намерениями? А почему сразу не могут выплатить ковену отступные? Не успевают за аристократами?
– Эффи, не злись, не все так плохо.
И все-таки сомневаюсь, что все так гладко. На словах и на бумаге – да, а в жизни?
Глупый «праздник». Меня распирало от эмоций, жаль, некому высказаться.
Городские часы начали бить полдень.
Со вторым ударом мы вошли в «Большой барыш» и огляделись. Удивительно, но в это время зал был заполнен едва ли на треть: несколько почтенного возраста гномов о чем-то чинно беседовали под ароматный эль, шестерка могучих троллей молча уплетала жаркое, чуть дальше тем же занималась группа городских стражей.
А Фарийский где?
Подойдя к ближайшему свободному столику, я сняла плащ и бросила на табурет, припечатав сторожкой, чтобы не соскользнул на пол и не украли. Чую, появились дураки, не боящиеся воровать у ведьм, которых и самих сейчас могут умыкнуть всякие…
– Представитель Совета не спешит нас встречать, – прошептал Чейл.
– Да, ученица.
Дико так называть куратора, но я привыкну.
– А ты совсем не изменилась, Зея, – прозвучало мягко позади.
Не оборачиваясь, отозвалась насмешливо:
– И когда ты это понял, Фарийский? Пока рассматривал мою спину?
– Почему сразу спину? – удивленно отозвался маг. – Я любовался тем, что ниже.
Ах он… Обернувшись, с сожалением произнесла:
– Какой-то ограниченный у тебя кругозор, Фарийский.
– Какой есть, Зея. – Маг нагло ухмыльнулся.
– Хранительница Арбор, – строго поправила давнего врага.
Врага, которого считала другом. Фарийский – единственный аристократ из окружения Кассия, который всерьез воспринимал меня, не считая временным увлечением принца.
– Я помню твой новый статус, Колючка. – И наделенный невероятной властью представитель Совета магов мне подмигнул.
