Интересно, он думал о том же, о чем и я?
Не заболеть бы, после таких прогулок…
И только дома немножко оттаяло.
Пока дошли, я начала стучать зубами. То ли от холода, то ли просто нервное… от безысходности. Мне было так грустно, словно что-то в моей жизни безвозвратно ушло.
— Сейчас… — шепнул Итан на пороге.
Оставил меня одну.
Но быстро сбегал в спальню, притащил теплое одеяло.
— Сейчас согрею тебя, — улыбнулся.
Потом помог стащить мне одежду, накинул одеяло на плечи и потеплее завернул.
— Сделать тебе горячий чай? — спросил он. — А то ты дрожишь.
— Не надо. Лучше иди ко мне.
Он улыбнулся. Как-то так просто улыбнулся в этот раз. Довольно.
Сам тоже быстро стащил с себя все."
"— Согреть тебя?
Влез ко мне под одеяло.
Холодный и мокрый, я даже невольно взвизгнула, особенно, когда он попытался погладить мою попу.
И все же, рядом с ним становилось так хорошо.
Нежно обнял.
«Поцелуй меня», — хотела было попросить я, но не успела. Он и сам видел, чего я хочу.
Капли дождя на его губах. И его горячее дыхание. Так что сердце начинает колотиться быстрее. Его руки уже крепко прижимают меня к себе.
И он уже пытается затащить меня на диван.
— А как же твои дела? — чуть ревниво усмехнулась я.
— Завтра встану пораньше, все успею.
— Договорились, — я улыбнулась тоже. — Я тебя обязательно утром пораньше разбужу. Чтобы все успеть.
Он засмеялся. Подхватил и прижал к дивану крепче.
ГЛАВА 34. Старые друзья
Марис
18 лет назад, конец осени
Он вернулся домой под утро. Едва дошел и упал, у дверей, под вешалкой. Пьяный.
Тогда еще — в первый раз.
Я готова была устроить скандал, готова убить его. Я всю ночь не спала. Ждала. Мне страшно хотелось пойти к отцу, пожаловаться, чтобы его люди нашли Итана и привели домой. Они ведь найдут… я и сама понимала, где его искать.
Вчера в порт пришли корабли из Дакаты. Все старые знакомые Итана… те, кто остался жив после этой страшной войны, утром мы встретили их на площади. Не наемники даже, в форме регулярной армии, на ком-то даже капральские погоны. Веселые, горячие, гордые… герои.
Итан подходил узнать, как дела, я видела, как блестели его глаза.
Я видела, как ему тяжело, что он не с ними, как ему почти неловко за свой дорогой деловой костюм, за спокойную сытую жизнь. И он все бы отдал за такие же погоны на плечах. Чтобы сейчас — вместе.
Его позвали в бар вечером, посидеть, отпраздновать. Он пошел. Конечно, я и не думала осуждать его за это. Он имеет право, такое случается не каждый день.
Он обещал вернуться не позже полуночи.
Но вернулся с рассветом. Шатаясь, хватаясь за стены.
Что-то промычал невнятно, упал и уснул прямо у дверей.
Я пыталась разбудить его, пыталась даже оттащить в гостиную на диван. Невозможно. Он же здоровенный, тяжелый. Совсем пьяный. Я не могла ни разбудить, ни поднять.