В летнее сердце Лекады, в зале магистрата, весело светится Ти Сатоцци. Он приглашает женщину на танцы - уважаемую вдову и генерала, что вызывает интерес к их знакомству. Темное прошлое Середины остается недосказанным, пока она не решится открыть оно светло.
— Может быть, мне проводить вас? Как же вы сами?
— Не стоит. Я заплачу извозчику, он поможет мне донести вещи. Все хорошо, Олт.
Я справлюсь. Я всегда могла справиться сама, ничего страшного. Даже попыталась улыбнуться, хотя больше всего сейчас хотелось плакать.
Странное, нереальное состояние, когда я даже представить не можешь, что ждет тебя.
Счастье лишь поманило, подмигнуло, и скрылось…
Я уже почти поверила, что у нас с Итаном все будет хорошо. Еще недавно, я почти смирилась, что останусь одна, что одна буду воспитывать ребенка, что Итан не вернется ко мне, не захочет меня видеть.
Когда он обнимал меня прошлой ночью — это было почти чудо. Когда я готовила сырники для него, мне казалось, что вот теперь так и будет всегда, он со мной, мы оба хотим этого, нам обоим не надо никуда бежать, ничего доказывать, казаться лучше. Нам по сорок лет и мы уже добились от жизни всего, что хотели, теперь можно немного расслабиться и просто быть счастливыми… Это, казалось, так просто.
Если он не придет…
Я ждала Итана сколько могла, потом взяла вещи, отправилась на вокзал.
Я должна что-то делать, иначе сойду с ума.
Так странно уходить, не зная, вернешься ли ты через полтора часа или вообще не вернешься.
Всю дорогу я напряженно вглядывалась в людей на улице — вдруг увижу. Это безумие, но… отчаянье, наверное.
Шум и толчея на вокзале.
Мой поезд на перроне уже ждет. Я долго стояла около своего вагона, и меня ощутимо трясло.
— Проходите в вагон, тианте.
— Я жду своего мужа, он сейчас придет…
Отошла подальше, чтобы не лезли с вопросами. У меня не было сил ничего объяснять.
Я говорила себе — ничего, если он не успеет, мы поедем потом. А, может быть, вообще ехать не придется… Я пыталась успокоить себя, найти другие пути.
Десять минут и поезд отправится.
Мне возвращаться? И что потом?
Мальчишки с газетами бегают.
Я уловила краем уха…
— «Утренний Альденаер», пожалуйста, — мужской голос.
— «Утреннего Альденаера» нет, сенаро, — крикнул мальчишка.
— Закончился? Так рано?
— Сегодня совсем нет, сенаро! Весь тираж вернули.
— Как вернули? Почему?
— Не знаю, сенаро! Но сегодня «Альденаера» нет.
Тот сенаро сердито буркнул что-то в адрес газетчиков, императора и вообще о том, куда катится мир. Взял другую газету. А я…
Это ведь не случайно.
Итан говорил — кому-то выгодно, чтобы он появился в Альденаере, даже несмотря на императорский приказ.
