В летнее сердце Лекады, в зале магистрата, весело светится Ти Сатоцци. Он приглашает женщину на танцы - уважаемую вдову и генерала, что вызывает интерес к их знакомству. Темное прошлое Середины остается недосказанным, пока она не решится открыть оно светло.
Ему кинули монетку, кто-то из своих, он ловко поймал на лету.
И вот тут наши глаза встретились.
Он был так хорош… Я невольно улыбнулась ему.
Он поклонился, приложив руку к груди. Словно: «это представление для вас, прекрасная ильтьята».
Я кивнула, пару раз снисходительно хлопнула в ладоши.
— Идем, — Кита дернула меня. — А то пристанет сейчас.
Пристанет.
— Ильтьята! — крикнул парень. — Хотите, я пройду еще кружок для вас?
Он был чуть старше меня, высокий, белобрысый… рубашка закатана до локтей… крепкие сильные руки…
— Три круга, — крикнула я, — и получишь монетку.
Он засмеялся. И такая простая, мальчишеская, беспечно-честная улыбка.
— Пять кругов, — ответил уверенно. — И ты меня поцелуешь!
«Вот нахал!» — подумала я тогда. Интересно, хватит его на пять кругов? Один — это не так уж и сложно, если умеешь, но с каждым разом будешь уставать.
Он слишком самоуверен.
— Пойдем, Джу! — Кита тянула меня, она не любила такие игры и наглых парней.
А мне было весело. И что-то зацепило.
— Поцелуй, это слишком много, — ответила я, шагнула к нему ближе, не могу орать через всю площадь.
— Много для такого, как я? — поинтересовался он, оставшись стоять на месте, только сложил руки на груди, разглядывая меня. — Боишься, что твои поцелуи закончатся? Бережешь их для высокородных мальчиков?
Ухмылялся так самоуверенно. Слишком самоуверенно.
Хорошо. Повысим ставки.
— Пятнадцать кругов, — сказала я. — И поцелую тебя в щеку, как брата.
Он облизал губы.
— Пятнадцать кругов на руках за братский поцелуй? — задумчиво переспросил он.
Я пожала плечами: не хочешь — не надо.
Ему потребовалось время, обдумать.
Пожалуй, будь мы с ним на площади вдвоем, он отказался был. Это слишком, он не сможет. Никто бы не смог. Но его дружки уже начали хихикать язвительно: «Слабо? Испугался, Ит? Сдаешься? Эта девчонка тебе не по зубам?»
И он повелся.
Никому не позволит сомневаться в своих силах.
— Идет, — сказал он. — Пятнадцать кругов, ильтьята, и ты поцелуешь меня.
Ухмыльнулся, словно уже выиграл. Остальные заржали, то ли поддерживая его, то ли наоборот.
— Джу! — возмутилась Кита рядом.
Я только отмахнулась.
— Он все равно не сможет.
Парень потер ладони. Прошелся вокруг фонтана, смахнул воду с бортика, потом, как мог, вытер рукавом, чтобы было посуше. Он был настроен серьезно.
Выдохнул.
Запрыгнул на бортик и встал на руки.
Первый круг дался ему легко. Второй, пожалуй, тоже, ходить на руках он умел. Но к середине третьего стал потихоньку сбавлять темп, исчезла легкость.
