Автор
В лесной тьме исчезают последние звуки мира, а Катя чувствует его дыхание на шее. Ее сердце забилось так быстро, что кажется остановится в любой момент, но она не может уйти — ни за что. Он молчит, и это слово гнетет ее, как кирпичный дом на горах. Катя тянется к нему, но он отстраняется, словно избегая леденящего холода их прошлого....
Единственно возможное решение появилось сразу, а после Катя провела всю ночь в раздумьях и сомнениях, зная, однако, что все равно не сумеет пойти у тех на поводу. Ей неизбежно предстояло поговорить с Денисом — поговорить начистоту.
Наверное, кто-то, оказавшись на ее месте, выбрал бы сделать вид, будто ничего не произошло, но Катя чувствовала, что ничего хорошего из игры в незнание не случится. Эта неясная недосказанность, которую она осознала лишь вернувшись в Москву — в Петербурге все было намного проще и понятнее, — не давала ей покоя.
Жить дальше с полной уверенностью в собственной правоте она не могла. Не тогда, когда помнила, что и как говорила Денису больше пяти лет назад. Не тогда, когда все меньше верила, что имела право те слова произнести. Они больше не казались ей полностью справедливыми."
"Если она пришла к правильным выводам, то Денис давно исправил свои ошибки. Не ради нее — иначе она была бы первой, кто узнал о его новоявленном благородстве. Напротив, из его участия в процессе сделали тайну Мадридского двора.
Значит, он исправлял ошибку в первую очередь ради себя. Из своей личной убежденности. И этот факт, вкупе с тем, что Катя уже знала о Денисе и его жизни, менял многое. Нельзя было промолчать. Нельзя было не поблагодарить: за то, что он помог исправить то, что она так и не сумела.
Катя никогда не исключала своей вины в том, что произошло с Марией: она и только она одна из-за своих личных чувств поставила под угрозу другого человека. Она и только она не исполнила свою обязанность по защите рабочей информации, в чем некого было винить, кроме себя самой.
Зная, куда после работы приведет ее путь, Катя закончила дела в офисе на час раньше обычного и еще до официального завершения трудового дня оказалась перед лифтами другого бизнес-центра. О местонахождении одной из самых успешных юридических фирм Москвы ей, конечно, давно было известно. Как и об именах наиболее ценных сотрудников.
На этаже уголовно-правовой практики Катя, затерявшись среди одетых похожим с ней образом местных сотрудников, умудрилась проскользнуть мимо секретаря, более увлеченного сборами домой, чем посетителями, и спокойно двинулась вдоль по коридору.
Они просто поговорят. Прояснят ситуацию раз и навсегда. Придут к миру. Ничего необычного. Они плохо расстались, прошло время и грянула пора цивилизованного извинения. Все.
