В Донбассе во время войны чекисты сталкиваются с происками врага. Задание на контрразведку Дивизионного комиссара Андрея Павловича Борзова связано с немецкими документами и необходимостью противостоять гитлеровской контрразведке.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Об исполнении доложить»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В Донбассе во время войны чекисты сталкиваются с происками врага. Задание на контрразведку Дивизионного комиссара Андрея Павловича Борзова связано с немецкими документами и необходимостью противостоять гитлеровской контрразведке.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В Донбассе во время войны чекисты сталкиваются с происками врага. Задание на контрразведку Дивизионного комиссара Андрея Павловича Борзова связано с немецкими документами и необходимостью противостоять гитлеровской контрразведке.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И основательно. ЗИС шел впереди, неожиданно затормозил. Газик Иванова налетел на кузов, разбил свой радиатор».
Оставалось надеяться на изворотливость самого Иванова.
Мне хотелось, чтобы Надежда подзадержалась в Светлове. Уж очень неестественно выглядело бы совместное проживание под одной крышей: она, Сугонюк и мы с Князевым и Истоминым.
Но предупредить капитана Копейку я не смог. Надежда вернулась на следующее утро.
Встречал ее на веранде Истомин, проводил в одну из дальних комнат, где у нас с нею и состоялся разговор.
— Слово свое держу, до победы вместе. Пока поживу в твоем доме. Не возражаешь?
— А Шоха где? — поинтересовалась она.
— Здесь же. Тебе с ним лучше не видеться. Он не должен знать о смерти Чухлая.
— С Шохой, как и с Чухлаем, у меня все в прошлом. Выслужит он у вас помилование, не выслужит, наши с ним стежки-дорожки разбежались.
Она говорила это спокойно, будто о чем-то давно решенном или само собою разумеющемся.
— Но в любом случае он не должен подозревать о нашем с тобою «родстве».
— Чужие, впервые встретились.
Началась жизнь взаперти. Мы, четверо мужчин, днем на улицу не выходили, нашим информатором и снабженцем была Надежда.
Но принятые меры оказались бесполезными, Иванов в условленное время не появился. Тут, конечно, дело не в транспорте. Если Чухлай вызывал его по поводу прибытия «гостей», а Иванов знал это, то все равно добрался бы до Александровки. На попутной машине.
Сугонюк понимал, в какую сторону поворачивают события, и предложил:
— Может, отбить еще одну телеграмму? «Жена вернулась из больницы, проведывала Пятого. Он приглашает к себе. Надо ли являться?»
«Если он проявляет инициативу — это уже хорошо», — подумал я.
Гитлеровский центр ответил: «Побываете у Пятого, доложите его соображения».
— Ну что, Прохор Демьянович, — говорю Сугонюку, — как будем выкручиваться?
— И в самом деле, проведаю Филиппа Андреевича. Что-то скажет же, — Видя мое несогласие, поспешил заверить: — Я к нему уже не вернусь. Сколько смогу помогу вам. А там уж сами решайте.
— Вряд ли сейчас врачи дадут добро на свидание. Раскинем мозгами, что бы он мог такое важное передать им?
— Ждет большую группу с той стороны. Уже и место выбрано.
— Люцерна, где сам десантировался?
— Угу. Об этом и должен думать.
— И мы о том же. От нас ждут ответа через день.
Но тут меня начали одолевать сомнения.
