Автор
Солнце еще не выглянуло над горизонтом, а я уже чувствую себя готовой к новому дню. Моя жизнь напоминает скорее фильм ужасов, где главный герой пробуждается с мыслью о кошмарной встрече на обеденный стол. Не могу открыть глаза второй раз, так что погружаюсь в этот забытый мир полудремы и тьмы....
– Давай скорей!
– Что?
– Ой, ну дай быстро, – заныла Зудина, – дай, что она прислала! Ну скорей, видишь мне плохо…
Я недоуменно смотрела на нее. Бывшая горничная внезапно заплакала:
– Издеваешься? Да?
Продолжая хныкать, она вылезла и из рубашки, оставшись в одной майке с надписью «Адидас», болтающейся на высохшем теле, словно тряпка на швабре. Тощая рука, похожая на анатомическое пособие, выглянула из короткого рукава футболки. От локтя к запястью бежали жуткие синяки и кровоподтеки. Все сразу стало на свои места – наркоманка.
– Дай, – шептала Марина, умоляюще протягивая руку, – видишь, ломает всю… Адочка молодец, я вчера позвонила ей, так она трубку шваркнула, послала меня подальше, но все же пожалела и тебя прислала.
С глухим стоном она уронила голову на кухонный стол и принялась колотиться лбом о пластиковое покрытие. Я совсем перепугалась и рванулась к холодильнику, может, там найдется валерьянка или валокордин? Но внутри старенького «ЗИЛа» были только пустые железные полки. Ничего похожего на еду и лекарства я не обнаружила и в кухонных шкафчиках, Марина давным-давно не ходила в магазин, наркотик заменил ей все…
– Почему Ада должна прислать тебе дозу? – поинтересовалась я.
Внезапно Марина перестала колотиться об стол, подняла голову и хрипло засмеялась.
– Адуська мне сколько хочешь пришлет, я о ней все знаю! Так ей вчера и сказала: «Не дашь – всем расскажу!»
– Что?
Зудина сморщилась.
– Какая хитрая, давай, чего приволокла!
– У меня ничего нет, – твердо сказала я.
Марина стала еще меньше ростом.
– Адуська…
– Ада Марковна только адрес твой дала…
– Ой, плохо, умру сейчас, – заплакала наркоманка, – все кости скрутило, блевать тянет.
Выговорив эту фразу, она подошла к раковине и склонилась над ней. Послышались жуткие булькающие звуки, но в желудке у несчастной давно не было никакой еды, и ее рвало одной желчью.
В полной растерянности я смотрела на скрюченную спину. Похоже, Марина знает много интересного, но рассказать не сможет. И что делать? Внезапно в голову пришло решение.
