Приобняв ее за плечи, я сильнее притягиваю ее к груди, вторгаясь в ее рот с агрессией, состоящей наполовину из алкоголя, наполовину из напускной храбрости. Но тут нет никакой страсти, потому что, если честно, у меня к ней ноль интереса.
Когда я отпускаю ее и откидываюсь на спинку стула, она чуть не падает на меня. Ее глаза все еще прикрыты, а губы с размазанной помадой слегка припухли. Она бросает на Кори почти злорадный взгляд, и я едва не смеюсь.
Он сидит, развалившись на стуле и в упор глядя на меня своими голубыми глазами. Выражение его лица вызывает у меня желание пойти на попятную.
– Мой черед, – не отвечая, говорит он, но немного расслабляется.
– Уверен, что хочешь рискнуть? – не знаю, почему я его провоцирую и получаю такое странное удовольствие от этой игры. Уже знаю, чем все кончится, но чувствую, что охвачен неконтролируемым желанием поморочить ему голову.
– О да, – отвечает он. – Давай, не тяни.
– Даже не знаю… Думаю, нужно сделать ставку. Элли, как думаешь, Кори не сольется, если выпадет решка?
– Решка, значит, – бормочет Кори. – Уже решено.
Элли шлепает десятку на стол,.
Я выуживаю из кармана двадцать долларов.
– У меня нет десяти, но ставлю двадцатку, что нет.
Зловеще ухмыляясь, Кори тоже достает двадцатку.
– Даже не сомневайся, Бен. Можешь поспорить на свою сладкую попку.
Элли смотрит то на меня, то на него, будто наблюдая за теннисным матчем.
Я не отвожу взгляд от подброшенной монетки, ощущая знакомую шероховатость герба, ловко управляя ею, чтобы она упала на нужную мне сторону. Решка.
Эффектным жестом открываю монету, но Кори даже не смотрит на результат. Вместо этого он наклоняется и целомудренно чмокает Элли в губы.
– С тобой было приятно, Элли, – тихо говорит он. – Может быть, еще как-нибудь увидимся.
Он встает со своего стула и подходит ко мне с кровожадным выражением лица. Обычно он добродушный, а таким я его еще никогда не видел. Низко наклонившись надо мной, он кладет руки мне на плечи и целует. Прямо в губы. Прижавшись ртом ко мне, он с силой раскрывает мне его и жадно целует, впиваясь губами и глубоко ныряя языком. С каждым агрессивным проникновением я ощущаю себя полностью им захваченным. Он сильно, до боли всасывает мою нижнюю губу и отстраняется, – и в этот момент он словно владеет мной.
Я растерян и запыхался, сижу с приоткрытым ртом. Поцелуй, что я проиграл Элли, не идет ни в какое сравнение с тем, как его рот изнасиловал мой.