Мы летим 150 км/ч. Это, конечно, не кино и не гоночная трасса, но для извилистого загородного шоссе в субботу вечером очень даже. На прямом отрезке Бен проносится мимо меня на своем Порше, успев быстро вернуться на нашу полосу, когда из ближайшего поворота, дико сигналя, появился грузовик.
Через несколько секунд я снова начинаю дышать, расслабив булки, а в голове крутится мысль, что это ужасно безответственно: врачу и фельдшеру так себя вести. Мы посвятили себя спасению жизней, а сейчас были на волоске от того, чтобы покончить с собственными.
Не похоже, чтобы Бен планировал замедляться, и я не собираюсь дать ему от меня уйти. Готовлюсь поднажать, чтобы на следующем прямом участке дороги – который, по моим прикидкам, будет через полкилометра – его обогнать, как на черной полировке Порша замечаю отраженные мигающие огоньки.
На мгновение мне в голову приходит мысль удрать, но это было бы глупо. Тем более, что Бен точно не станет сбегать, и я не хочу, чтобы он взял вину еще и за меня.
Интересно, что Бен подумает, если узнает, что меня уже задерживала полиция. А сейчас меня стопудово ждут наручники. Если бы было чем внести залог, я мог бы вернуться в Атланту. В общем, как ни крути, моя жизнь кончена.
– Оставайтесь на месте, – говорит мне коп, пока идет мимо меня к машине Бена. Ослушаться я не решаюсь, поскольку мое будущее в его руках. В случае, конечно, если со мной он будет разговаривать без свидетелей. Бену не нужно знать о моем дерьме. Серьезных преступлений на моей совести нет, но все же найдется достаточное количество мелочей, чтобы картина получилась не сильно симпатичная. Так что если он узнает, тем более таким образом, я умру от стыда. И он меня возненавидит.
Когда полицейский подходит к машине, Бен открывает окно. Что именно они говорят, мне отсюда не слышно. По крайней мере, коп не орет на него и не вытаскивает из машины.
Через мгновение он идет уже в моем направлении, и я мысленно готовлюсь к худшему.
– Ты уж помедленней, сынок, – говорит офицер и идет мимо. В зеркало я вижу, как он садится в свою машину и уезжает.
Высунув руку из окна, Бен показывает мне большой палец и выезжает с обочины назад на шоссе. Отправляюсь за ним, хотя в голове тупняк, и я жду приезда домой, чтобы спросить о случившемся.
Когда я заезжаю в гараж, он уже вошел в дом, поэтому звоню в дверь. Через пару минут дверь распахивается, и на пороге стоит Бен в одном только девственно-белом полотенце, угрожающе низко сидящем на бедрах. От такого вида чувствую, как жар бросился в лицо, а собственное воображение уговаривает меня прижать это идеальное тело к стене и обесчестить его парочкой весьма интересных способов.
Наверное, мне стоит пойти к себе, иначе придется беспокоиться, как скрыть растущую эрекцию.