Скорее всего, она сидит на транквилизаторах или злоупотребляет спиртным, потому что жутко страдает от открытых измен своего мужа. В отличие от Жана, Марат совершенно не дорожит спокойной жизнью своей семьи. Об этом говорит и тот факт, что он поселил нас с Лейсан на своей даче и временно позабыл о существовании своей жены, не считая нужным её предупредить о том, что на даче гости. Я не знаю, можно ли назвать отношения Марата с его женой семьёй, но мне кажется, что эти двое уже давно не семья. Они просто создают видимость семейных отношений. На чём основан подобный брак? Не знаю, но уж точно не на любви, не на уважении и не на взаимопонимании. По идее, Марат сейчас должен быть рядом с женой, стараться её успокоить и уверять в том, что больше подобное не повторится и его жизнь будет принадлежать только одной женщине – это ей. Мужчины всегда ласковы и добры после своих измен. Но он не с ней. Он со мной, потому что ему безразличны её слёзы, её чувства и её переживания. Он не из тех мужчин, которые оправдываются. Он из тех мужчин, которые живут так, как им хочется, не считаясь с тем, кто живёт с ними рядом. Его позиция проста: не нравится – никто не держит. Его жене не нравится, но она держится уже из последних сил. Считает, что Марат – это тот, кто ей нужен. Она уже давно забыла про гордость и про достоинство. Такие, как она, бегают по бабкам, колдуют, привораживают и НЕ ЖАЛЕЮТ НА ЭТО СОБСТВЕННОЙ ЖИЗНИ…
Двое женатых мужчин пытаются обратить на меня своё внимание, и ни один из них не может предложить мне нечто большее, чем просто встречи… Мне показалось, что там, в небесной канцелярии, решили надо мной посмеяться… Эти двое мужчин далеко не подарок судьбы. Это моё наказание. Мне было страшно подумать о том, что же будет дальше… Жан уедет в Париж, Марат предложит мне роль любовницы, а дальше что? Какое наказание мне вынесет судьба за то, что я убила человека? Я наказала человека смертью, хоть не имела на это права. Как же теперь накажут меня? Я начинаю сопоставлять свои поступки с представлениями о добре и зле. Мои представления расходятся с библейскими заповедями, и это неправильно. Но ведь это всего лишь представления… Но самое страшное в том, что расходятся не только мои представления. С библейскими заповедями расходятся мои поступки…
– Вот и отель. Постоялец здесь проживает? – наигранно-официально спросил Марат и отпустил мою руку.
– Тогда с вещами на выход.
Я повернулась к Жану и произнесла:
– Жан, сейчас приведёшь себя в порядок и поедешь в Москву.
