– Из спальни вышел четвертый мужчина, совершенно непохожий на этих троих. Он не отличался столь завидной комплекцией и был одет в приличный классический костюм и галстук. – Уйди с портрета, я сказал. Видишь, девушка плачет.
Малоприятный тип сделал крайне недовольное лицо, сошёл с портрета и отошёл к окну.
Остановившись в центре комнаты, незнакомец в костюме попрощался с кем-то по мобильному телефону и сунул его в карман. Затем расплылся в улыбке и посмотрел на меня:
– Здравствуй, Тома. Меня зовут Влад. Ты не ругайся на нас за то, что мы здесь немного похозяйничали, полистали твой альбом с фотографиями. Попытались угадать, какой ты была в школе, симпатичной или не очень. Но ни на одной фотографии тебя не нашли. Получается, ты раньше какая-то страшненькая и незаметная была, а сейчас расцвела, и от той маленькой серой моли ничего не осталось. Ты очень сильно похожа на свою бабку. Внешне, конечно. Я видел твою бабку на фотографиях в молодости. У тебя с ней много общего.
– Этот француз, что ли?
– Я оставила его здесь одного.
– Да не переживай ты так. С ним всё в порядке. Просто мы сюда зашли, а тут какой-то иностранец нашу отечественную девушку на фотографиях рассматривает и глазеет на неё, как на свою собственность. Думаем, неправильно это. У них там своих девушек полно. Нечего им на наших пялиться. Нехорошо это. Вот мы его и попросили временно покинуть пределы этой квартиры, а то эти иностранцы уже совсем обнаглели. Управы на них нет. Пачками наших девушек вывозят. Говорят же, на чужой каравай рот не разевай, а они это правило соблюдать не хотят. А надо бы. В конце концов, не у себя дома.
– Что происходит? – всхлипнула я. – Я вас не знаю. Кто вы такие?
– Мы очень хорошие и спокойные ребята. Мы не сделаем тебе ничего плохого и твоему французу тоже, если…
– Если ты отдашь нам драгоценности твоей бабки.
– Драгоценности?! – Я тяжело задышала и посмотрела на стоящего передо мной мужчину растерянным взглядом. – Я не понимаю, вы о чём? У моей бабушки не было никаких драгоценностей. У вас неверные сведения. Всё, что она нажила, так только эту квартиру.
Вместо того чтобы дослушать до конца, мужчина подошёл ко мне и грубо схватил за подбородок.
– Меня эта квартира не интересует. Тома, ты что, не поняла, что с тобой никто не шутит? Всё гораздо серьёзнее. Отдай нам бабкины драгоценности, и мы никогда больше не появимся в твоей жизни.
Я похолодела и не поверила своим ушам. Всё, что происходило у меня на глазах, казалось глупым и нелепым сном.
