В центре Колдвелла в Нью-Йорке, где смертный час Ральфи ДеМеллио уже близок, он находит себе работу в грязном гараже. Здесь начинается его опасное приключение — найти способ выжить и отомстить тем, кто убил его товарища. Вместе со своими подельниками Ральфи оказывается втянутым в страшную серию джентльменских побоев, где каждое движение может стоить жизни....
Он подошел осторожно, но огромный боец не двигался в ответ. А затем человек нанес первый удар, направляя его вверх, в тяжелую челюсть…
Мужчина поймал узловатый кулак своей гораздо большей ладонью и скрутил руку, как веревку. Когда человек вскрикнул и упал на колени, толпа ахнула, а затем снова замолчала.
— Стой, — тихо сказала Мэй. — Прекрати это…
Выражение лица вампира не изменилось. Его дыхание тоже. И то и другое вполне обоснованно. Он был убийцей, который не напрягался.
Безо всякого волнения, вампир заставил человека перевернуться на спину, а затем оседлал добычу.
Не кусай его! — подумала Мэй. — Ты с ума сошел? С таким количеством людей…
Вот только это человек вонзил клыки в кожу, впиваясь плоскими зубами в предплечье. Это длилось недолго. Вампир оторвал его от себя вместе с куском плоти, а затем нанес второй удар кулаком.
Удар в череп сбил человека с ног, тонкое тело словно стало бескостным и рухнуло на бетон, жидкую массу удерживал только небрежно татуированный мешок из кожи.
Вампир снова улыбнулся.
Медленно. Зло. Смертельно-опасно.
Лишь слегка обозначая клыки.
Когда человек засучил руками и ногами, словно не был уверен, что они все еще прикреплены к его телу, боец наклонился и стал ждать, пока противник полностью придет в себя. Потому что, очевидно, этого было недостаточно, чтобы убить. Убивать свою жертву можно только тогда, когда она осознает, что ты забираешь ее жизнь…
Внезапно Мэй увидела перед собой брата.
— Нет! — крикнула она. — Не трогай его!"
"Учитывая шокированную тишину толпы, ее голос разнесся по всему этажу гаража, и что-то в нем — высота? тон? — привлекло внимание вампира. Затем это ужасающее лицо повернулось к ней, и ужасные глаза прищурились.
Сердце Мэй остановилось.
— Пожалуйста, — сказала она.
