В центре Колдвелла в Нью-Йорке, где смертный час Ральфи ДеМеллио уже близок, он находит себе работу в грязном гараже. Здесь начинается его опасное приключение — найти способ выжить и отомстить тем, кто убил его товарища. Вместе со своими подельниками Ральфи оказывается втянутым в страшную серию джентльменских побоев, где каждое движение может стоить жизни....
Он был высоким и мощным, и, судя по лицу, его врагам можно только посочувствовать. Так что да, внешний вид соответствовал требованиям… как и стриженный ирокез. Но на нем была меховая шуба до пола, а благодаря золотой трости, которую он использовал для равновесия, создавалось впечатление, будто он направляется в оперу…
В этот же момент «Шон» поднялся на ноги и поместил свое гороподобное тело прямо перед ней. Будто защищал ее.
— Расслабься, здоровяк, я ее не трону, — сухо сказал мужчина.
— Разумеется, — парировал Шон.
Мэй наклонилась в сторону и выглянула из-за горы мышц.
— Вы — Преподобный?"
"Выражение лица мужчины в норковой мантии не изменилось. И все же она почувствовала в нем перемену, хотя не могла сказать, в чем именно дело.
— Зачем ты ищешь Преподобного, женщина? — протянул он. — Ты не в его вкусе.
— И не в твоем тоже, засранец, — отрезал Шон. — Так что давай ты свалишь…
— Она не с тобой разговаривает, чувак…
Окееей, Мэй начала уставать от самцов, которые меряются членами.
Она вышла из-за укрытия и уставилась на новоприбывшего.
— Меня послала Талла. Найти Преподобного. И что-то подсказывает мне, что сейчас я смотрю прямо на него.
Мужчины замолчали, словно были удивлены, что она не захотела разыгрывать даму в беде перед двумя распетушившимся самцами.
— Просто будь со мной честен, — сказала она устало, — Мне надоело все до чертиков еще до того, как ты нарисовался тут красивый, словно внебрачный ребенок Либераче[24] и Ганнибала Лектера.
Когда мужик в норковом манто прищурился, Шон рассмеялся.
— Да ладно тебе, Преподобный, — сказал он, — признай, она тебя сделала.
Мэй была слишком занята изучением взгляда другого мужчины, чтобы обращать внимание на комплименты Шона. Кажется, радужная оболочка его глаз была темно-пурпурного цвета… таких глаз она прежде не встречала. И, Боже, ее снова охватило странное чувство. Это было не влечение… нет, это она, похоже, приберегла для убийцы, на теле которого было больше чернил, чем на фабрике «Бик», и с божественной кровью на вкус.
— Я спрошу тебя еще раз, женщина. — Протяжная речь мужчины не изменилась. — Что тебе нужно от Преподобного…
— Ой, заканчивай это дерьмо, — отрезала она. — Не ты мне нужен. Мне нужна Книга. Талла сказала, что ты знаешь, как ее найти.
