Автор
В мрачном зале Британского Института, где старинные мастера хранят секреты искусства за закрытыми дверями, гипнотизирует простое платье женщины. Вечер 30 мая 1835 года в "Атенее", Лондон, 8 июля — таинственный образ изнутри, скрываемый бархатом, раскрывает страсть и анонимность великих произведений искусства....
— Не могу, — покачала она головой. — Это вредно для моего дела.
— Ты же находишься в «Воксхолле», — сказал Лисберн, — а не в «Олмаке». Как только они тебя заметят, то сразу начнут приглашать на танец. А мне хочется быть… первым.
Снова.
Всегда!
И только в этот момент Саймон понял, что оказался в крайне затруднительной ситуации.
Глава 16
Вальс! Мы танцуем,
И ее голова на моем плече.
И щека к щеке, радость в глазах,
Сердца стучат в унисон.
Мы сплелись, я кружу ее.
Она взлетает, я верчу ее.
Мы плывем по залу,
А зал вращается вокруг нас.
«Атенеум», 1826 г.
Лисберн поклонился настолько экстравагантно и очаровательно, что Леони не выдержала и засмеялась. В ответ она исполнила перед ним специальную версию знаменитого реверанса Нуаро. Это было сродни театральному представлению — шквал опадающего шелка и кружев, когда она приседала все ниже и ниже, как балерина в гран-плие, а потом вновь поднялась, «словно Венера, выходя из пены», — как сказал кто-то.
Затем его рука легла ей на талию, и он вывел ее на паркет, заполненный танцующими парами.
Сегодня она добилась триумфа. И не одного, а нескольких. Ей удалось отстоять репутацию магазина и Общества модисток. Она помогла избежать душевной трагедии девушке, превратившейся сейчас в королеву бала и танцевавшей с мужчиной, к которому — если только Леони не лишилась своей проницательности! — у нее имелась сердечная привязанность.
Леони могла позволить себе попраздновать. Могла позволить себе забыть о тревогах, хотя бы на время одного танца.
— Как же ты все-таки таинственна! — вдруг сказал он.
Вздрогнув, Леони подняла на него глаза. Лисберн улыбался.
— По крайней мере полна загадок, — добавил он. — К примеру, где портниха могла научиться так отлично танцевать? Это помимо других неправдоподобных достоинств — знания древнегреческой и древнеримской мифологии и поэзии Байрона.
— Никакой женщине не потребуется много практиковаться для того, чтобы танцевать с тобой.
— Ты обвиняешь меня в том, что я поднимаю уровень своих партнерш?
— Это же вальс, — сказала она. — Мужчина ведет девушку, а она подчиняется ему. Ты танцуешь вальс с такой же решимостью, как делаешь все остальное.
