Автор
В мрачном зале Британского Института, где старинные мастера хранят секреты искусства за закрытыми дверями, гипнотизирует простое платье женщины. Вечер 30 мая 1835 года в "Атенее", Лондон, 8 июля — таинственный образ изнутри, скрываемый бархатом, раскрывает страсть и анонимность великих произведений искусства....
— Вы просто настоящая… Нет, Клара, не уходи!
Но та уже направилась к двери, Джеффрис — за ней. Они тихо вышли и прикрыли за собой дверь.
В неглиже леди Глэдис не могла броситься вслед за ними. И не могла одеться сама, потому что, как и большинство благородных дам, не знала, как это делается. Она оказалась в ловушке.
Открыв шкаф, Леони достала французский пеньюар. Кремового цвета, отделанный богатой вышивкой из розовых бутонов, нежно-зеленых вьющихся стеблей и листьев. Пеньюар был пошит не из муслина, как это обычно бывает с дамскими ночными туалетами.
Она развернула это произведение портновского искусства. Леди Глэдис засопела и насупилась, но не отвернулась. Ее взгляд не отрывался от непристойного куска шелка, и по лицу было видно, как ей сильно хочется выхватить его.
— Вы же не собираетесь предложить это мне, — наконец выдавила она. — Такой пеньюар подойдет только для женщины легкого поведения.
Мисс Нуаро подошла и накинула его на одеревеневшие плечи ее светлости.
Повернулась и посмотрела на отражение в зеркале. Непримиримое выражение лица леди Глэдис смягчилось. Она быстро заморгала.
— Я… Я никогда не носила подобных вещей. Это дурно с вашей стороны — предлагать такое.
В ее голосе Леони услышала затаенное желание, и сердце маленькой портнихи заныло.
Леди Глэдис не была красавицей. Никогда не была и никогда не будет, сколько бы трудов ни потратили на нее искусные портные.
И тем не менее!
— Я не предлагаю вам купить это, — сказала мисс Нуаро.
— Для приданого? Смешно!
— Вот что мы сделаем, — продолжала Леони. — Начнем с избавления от этого чудовищного корсета.
— Какая вы все-таки властная и нахальная…
— Я предложу вам что-нибудь более подходящее, пока не сошью то, что необходимо именно вам. — Корсеты были специальностью Леони.
— Я не… Вы не… — Заморгав еще быстрее, леди Глэдис сглотнула.
— Ваша светлость больше никогда не будет носить готовые корсеты.
— А я такая и есть — бесформенная. Или вернее сказать, у меня отличная фигура, если вам нравятся… бочки.
— У вас нормальная фигура, — возразила Леони. — Не классическая. Но для мужчин это не важно. Они не настолько разборчивы, как считают юные девушки.
