Автор
В мрачном зале Британского Института, где старинные мастера хранят секреты искусства за закрытыми дверями, гипнотизирует простое платье женщины. Вечер 30 мая 1835 года в "Атенее", Лондон, 8 июля — таинственный образ изнутри, скрываемый бархатом, раскрывает страсть и анонимность великих произведений искусства....
— Я вижу, ты удачно отделался ото всех, — заметил Лисберн. — Девушки не хватают тебя за лацканы и не виснут на фалдах.
Суонтон пачками засовывал стихи в портфель.
— Вот дьявол! Что это за парень, который раскричался? С ним невозможно не согласиться. Это настоящая макулатура!
— Не гениально, конечно, но…
— Надо с этим завязывать, но оно сильнее меня, — продолжал Суонтон. — И самое интересное, что за этот вечер мы собрали столько денег, сколько спонсоры приюта для глухонемых собирают за полгода. Это леди Горрелл сказала.
— Она пыталась пробраться в зал до того, но не было свободных мест. Поэтому я отвез ее в цирк.
— В цирк… — повторил Суонтон.
— В Астли, — уточнил Лисберн. — Ей понравилось. Поэтому-то она не испытывала негативных эмоций, когда мы вернулись сюда, и сохранила присутствие духа, чтобы защитить твою прибыль.
Раздраженное выражение лица Суонтона смягчилось.
— Я, конечно, хорошо помню мисс Леони. Еще по Парижу. Кто может забыть такие глаза? И таинственную улыбку. Я только забыл, насколько она находчива. Это не просто любезность — то, что она сделала, изменив настроение зала.
— Ты не знаешь и половины всего, — сказал Лисберн. — Она спасла не только твой поэтический вечер. Моя кузина Глэдис практически спровоцировала Валентайна на дуэль.
— Это она отчитала того шумного господина? — спросил Суонтон.
Лисберн никогда не задумывался о том, какой у Глэдис голос. То, что она сказала, было настолько провокационно, что в голову не приходило обратить внимание на то, каким голосом это было произнесено.
— Глэдис лучше всего слушать на расстоянии, — заметил он. На безопасном расстоянии от Лондона до Ланкашира.
Наконец, Суонтон закрыл свой портфель, потом нахмурился.
— Надо поблагодарить мисс Нуаро. Нет, этого недостаточно. Я подумаю, какую услугу ей можно оказать. Если бы не она, тут случился бы настоящий дебош. Это будет мне уроком. Не стоит затягивать такие мероприятия. В будущем, один час, и не более того.
— Но девушки желают внимать поэзии целый день и целую ночь, — напомнил Лисберн. — Половину из них силком увели из зала.
