Автор
В мрачном зале Британского Института, где старинные мастера хранят секреты искусства за закрытыми дверями, гипнотизирует простое платье женщины. Вечер 30 мая 1835 года в "Атенее", Лондон, 8 июля — таинственный образ изнутри, скрываемый бархатом, раскрывает страсть и анонимность великих произведений искусства....
Как только мужчины в зале сойдутся врукопашную, а женщины начнут визжать, Валентайн и этот тип перестанут изображать из себя идиотов.
Когда же он услышал, как Леони обратилась к Суонтону, ему захотелось схватить ее и вытрясти из нее душу. Она что, сошла с ума? Решила чтением стихов отвлечь всех этих мужчин и привести их в чувство? Или подразнить? А он далеко и не сможет быстро добраться до нее.
Сейчас разверзнется ад!
Но он ошибся.
В ней было нечто — особое качество, такое очевидное и не поддающееся описанию.
Добавим к этому очаровательную манеру держаться, и все — мужчины не могли не среагировать на нее. Она была потрясающе красива, рыжеволосая плюс ко всему, а ее шелковое зеленое — настоящее безумие! — платье было роскошным, пробуждавшим чувственные желания.
А что женщины?
Она покорила их тоже. Все дело было в зеленом платье.
К тому же миссис Эбди помимо множества разной чепухи написала несколько поэм, в которых проявился типичный английский юмор и до которых Суонтону еще было расти и расти.
Любимый лондонский поэт улыбнулся. Он мягко подсказал мисс Нуаро, когда та запнулась на какой-то строфе. Это была длинная поэма. Конечно, не такая длинная, как некоторые из опусов Суонтона, но ведь она читала ее наизусть!
А говорила, что профан в литературе. Плутовка!
Даже разгневанный джентльмен улыбнулся.
— Вот это мне больше по душе.
— Ерунда! — тут же возразила Глэдис. — Это забавный образчик нескладных виршей.
— О вкусах не спорят, — заметил Лисберн. — Новое платье, кузина? Очень элегантное.
К его удивлению, та покраснела и стала почти миленькой.
— Не могла же я надеть прошлогоднее на такое событие.
— Вот, оказывается, в чем дело, — повернулся он к недовольному джентльмену. — Она сегодня надела новое платье, а вы упомянули про «новое платье короля». Собственно, произошла небольшая путаница, и все.
Глэдис возмутилась.
— Лисберн, как ты можешь быть таким непрошибаемым? Хотя что я спрашиваю! Ты ведь отлично знаешь…
— Я понимаю, вы хотели уйти до скандала, — сказал он мужчине. — Всего доброго.
Жена джентльмена взяла его под руку и что-то прошептала. После секундного колебания тот смерил взглядом Валентайна, а потом позволил супруге увести себя.
С кафедры донесся голос Суонтона.
— Благодарю вас, мисс Нуаро, за чудесное дополнение к нашему вечеру.
