Автор
В мрачном зале Британского Института, где старинные мастера хранят секреты искусства за закрытыми дверями, гипнотизирует простое платье женщины. Вечер 30 мая 1835 года в "Атенее", Лондон, 8 июля — таинственный образ изнутри, скрываемый бархатом, раскрывает страсть и анонимность великих произведений искусства....
Она заявила, что не собирается скакать в одном белье перед зрителями, которые будут смотреть на нее.
Но это было еще до того, как она увидела свое золотистое вечернее платье.
Когда его показали ей в первый раз, леди Глэдис состроила гримасу и объявила, что в этом платье вид у нее будет, словно она страдает печеночной болезнью. По ее меркам, это еще был слабый протест. Но минуту спустя леди Глэдис сказала, что так и быть, примерит его. Потом потребовала, чтобы Джеффрис — модистка, якобы отвратительно говорящая по-французски, — проводила ее за ширму, переодеться.
Остальным пришлось смириться с капризом. Но эта барышня явно посвятила свою юную жизнь тому, чтобы вызывать у окружающих жгучее желание придушить ее.
— Хорошо, — сказала она, наконец.
Всего одно слово, но Леони уловила в нем легкий намек на удовольствие. У леди Глэдис был замечательный голос, такой же выразительный, как у оперной певицы.
— Представить не могла, что надену подобный цвет, — призналась она.
— Все стало очевидным, — сказала леди Клара.
"— Это не так. Я не хотела поднимать шум из-за примерки корсета. Мне просто не хотелось разгуливать в одном белье, когда на меня смотрят.
Она разгладила платье спереди, хотя Джеффрис, естественно, каждый стежок пристроила на свое место.
— Корсет очень удобный, — заметила леди Глэдис. — Не знаю, как вам это удалось… — Она покрутилась из стороны в сторону, разглядывая себя в трюмо.
Леони сделала много чего. Она придумала такой корсет, который смог бы поддержать роскошные округлости ее светлости. Форма корсета делала талию узкой, хотя давление на тело было минимальным.
Конечно, фигура у ее светлости оставалась полноватой и немного бесформенной по сравнению с модными идеалами. Но модные идеалы — всего лишь модные идеалы. Самое главное — сделать так, чтобы леди выглядела красавицей, насколько это возможно при ее внешности.
Обычно Марселина представляла себе платья целиком в своем воображении. На этот раз она полностью доверилась детальному описанию новой клиентки, сделанном сестрой.
И все равно, несмотря на слабость и постоянную тошноту, ей удалось создать не платье, а настоящее чудо. Золотистый атлас отделали черным и кремовым кружевом. Просто, но драматично.
