Автор
В мрачном зале Британского Института, где старинные мастера хранят секреты искусства за закрытыми дверями, гипнотизирует простое платье женщины. Вечер 30 мая 1835 года в "Атенее", Лондон, 8 июля — таинственный образ изнутри, скрываемый бархатом, раскрывает страсть и анонимность великих произведений искусства....
И как вы осмелились сделать это, — добавила она со злостью, гневно посмотрев на его бедро, которым он всего лишь на секунду приблизился к ее самому сокровенному местечку, насколько позволили это сделать восемьдесят пять слоев нижних юбок, белья и чего-то там еще. — Вы решили, что можете взять меня прямо под деревом в Гайд-парке? На пешеходной аллее?
— Я ни о чем таком даже не подумал, — сказал Лисберн. — И как бы мне это удалось, когда вы набросились на меня?
Она закатила глаза, развернулась и пошла по аллее.
— Поверить не могу, вы еще разыгрываете оскорбленную невинность. Я что, кинулась к вам на шею, милорд?
— Нет, но с вашей стороны было весьма опрометчиво — не поступить так, когда я столько сил не пожалел, чтобы понравиться вам. Почему именно мне нужно делать авансы? Почему бы и вам не приложить немного усилий?
— Я занятой человек, — отрезала Леони. — У меня нет времени разъезжать по Лондону и совращать невинных джентльменов. Мне приходится тащить на себе магазин, а кроме того, есть женщины, которых я должна сделать красавицами.
— Подождите, — сказал он. — Всего две недели, мадам. И тогда мы увидим, на что вы способны, когда не заняты.
* * *«Черт! Черт! Черт!»
Леони захотелось стукнуться лбом о ближайший фонарь.
Она полностью потеряла контроль над собой. За какие-то три секунды! Он лишь дотронулся до нее, и она вспыхнула. Причем первыми в этом огне сгорели ее мозги.
Чудо, что она вообще сумела остановиться. И то, как показалось ей, только от изумления, когда вдруг обнаружила мужское бедро у себя между ног.
В следующий раз, однако, она не испугается и, как все Нуаро и Делюси до нее, весело двинется навстречу несчастью, если не передумает.
Он проник в ее душу. Он заставил ее захотеть!
Она — самая разумная из сестер Нуаро, та, которая всегда обеими ногами стояла на земле! — каким-то странным образом позволила этому джентльмену сделать из себя мечтательную идиотку.
— Что вы сотворили с моим зонтом? — вдруг спросил Лисберн.
Леони выкинула его и забыла об этом, пока спорила и отчаянно желала завладеть им. Целиком и полностью!
— Не знаю, — отмахнулась она. — Мне все равно. Вы считаете, что теперь он поможет нам не так сильно промокнуть?
— Я просто полюбопытствовал. У меня пропала шляпа. Вообще-то я знаю, где она. Но я лучше повешусь, чем снова надену ее.
Сквозь пелену бесконечного дождя Леони посмотрела на лорда Лисберна. Волосы у него блестели.
