Вот только из-за состояния здоровья старшего Суворова я сомневалась, будет ли уместно сейчас же сообщать об этом.
Да и что таить, обида за вчерашние подозрения точила меня изнутри.
Работа встала на несколько часов. Пока я вновь проходилась по документам, отсеивала то, что уже сделали ребята, и к чему предстояло приступить сегодня, прошла уйма времени.
Про нас совершенно забыли. В коридоре не слонялся охранник, никто не заглядывал в кабинет к ребятам, чтобы проверить, кипит ли у них работа. И только в окно я могла наблюдать за всеми подъезжающими автомобилями, но вот кто из них выходил — из моего окна не было видно.
Приоткрыв дверь и убедившись, что охранникам есть чем заняться, помимо того, чтобы приглядывать за нами, я, испытывая чувство дежавю, кралась к окну в коридоре, из которого открывался вид не только на часть сада, но и на крыльцо.
На подъездной аллее припарковались порядка полутора десятка машин различных марок и расцветок. Они пестрили на сером асфальте красками, словно персидский ковер. А рядом с крыльцом стояла небольшая толпа мужчин и всего три женщины. Они оживленно переговаривались, явно встревоженные. И что-то необычное было в этой картине.
Спустя минуту я поняла что — никто из них не курил. Вот совершенно никто. И вот это было самое удивительное. Один высокий поджарый мужчина крутил в зубах соломку, второй просто нервно притопывал ногой, но никто не рвался снимать стресс дозой никотина.
В наш век это было даже ненормально. Я еще не видела ни одной компании, где среди 20 человек не курил бы хоть один. А тут примерно столько людей и было.
Один из мужчин вскинул голову и стал поочередно рассматривать окна на втором этаже, будто бы почувствовал мой взгляд. Я отпрыгнула назад, развернулась и поспешила к себе в кабинет. И как раз вовремя. Ребята уже закончили последние задания, а я еще не рассортировала следующие на них троих.
Решение ничего не говорить о пропаже сейчас же окрепло. Что бы у них там ни происходило — разоблачение воришки подождет.
Я надеюсь только, что с Юрием Александровичем все в порядке. Скорую я не видела, поэтому уповала на лучшее.
Но почему собралось столько народу? Неужели у Суворовых такая большая родня?
Можно сунуть свой нос в их дела, спуститься вниз и разведать, что смогу. Но, положа руку на сердце, мне было страшновато. Первый этаж был заполнен мужчинами, и от них веяло не то чтобы опасностью, скорее предупреждением. У меня и так от всех этих непонятных событий волоски на теле встают дыбом.