В Москве в зимнюю ночь улицы напоминают картину из иконы: рябь плещущего снега мешается со светящимися огоньками прохожих. А вокруг — тишина, словно гигантский сон, где каждый шаг кажется последним перед переломом в судьбе. Это Образ Врага — мир полный недовольных и злодеев, где каждая встреча может стать завязкой на несчастье....
– МОССАД, Интерпол, ФСБ, а также немцы, англичане, итальянцы… Ты можешь назвать хотя бы одну секретную службу, которая не ловила бы Карла Майнхоффа?
– Я не могу назвать ни одной, которая не пользовалась бы его услугами.
– Ты не только псих и стихотворец. Ты еще и самоубийца.
Глава 3
В номере было холодно. Алиса достала из шкафа запасное одеяло, накрыла Максимку. Он спал неспокойно, вертелся, несколько раз всхлипнул во сне. Он с младенчества остро чувствовал ее настроение. Малейший оттенок тревоги моментально передавался ему.
И сейчас он не мог уснуть до тех пор, пока она не объяснила ему подробно и внятно, почему вдруг, ни с того ни с сего, так запаниковала в этой дурацкой забегаловке.
– Понимаешь, в какой-то момент компания за соседним столиком показалась мне не то чтобы опасной, но неприятной, способной на агрессию. Согласись, они ведь и правда не внушали доверия, к тому же вокруг не было ни души.
Она стала пересказывать роман Энтони Спейсона «Я не умею стрелять».
– Ты, мамочка, все-таки немножко чокнутая, – пробормотал он, засыпая. – Эти дядьки в кафе были вполне мирные, просто грязные, и прикид у них бандитский. Расслабься, мы отдыхаем…
– У них – что?
– Прикид.
– Малыш, говори, пожалуйста, по-русски.
– Мам, я вообще-то ничего плохого в этом слове не вижу. У нас в классе все так говорят.
– У вас в классе некоторые матерятся через слово.
– Ладно, мамуль, не ворчи.
Когда она дошла до середины, Максимка уже спал.
Номер находился на первом этаже. Вместо балкона был отдельный закуток, окруженный пальмами и невысоким кустарником и выходивший во внутренний двор отеля. Перед стеклянной дверью стояли пластиковый стол под тентом, два стула. Алиса накинула куртку и вышла покурить.
От ветра сухо шуршали пальмовые листья, тихонько плескалась вода в бассейне.
