Тогда испытывала похожую эйфорию и хорошо знала, что она может как стать верным союзником, так и погубить, если пойти на поводу эмоций и потерять контроль.
– Пой, ведьма, пой! – повторила словно молитву, и продолжая свой безумный танец принялась по памяти чертить руны, подсмотренные у Тайры.
Я до сих пор слышала отголоски её магии, она продолжала бой, отбиваясь от тварей, заходящих с другой стороны, а драконы жгли врага с воздуха. Мы работали слаженно, как один механизм, но поток чудовищ казался бесконечным…"
"– Рца-а-арх! – на место поверженных тварей тут же приходили новые, и теперь уже трое Охотников бились о защитный купол особняка как обезумевшие гадюки. Я чувствовала их голод и ненависть, они пробирали до костей, сплетаясь со скрежетом огромных лап-сабель и треском наших щитов.
Особняк едва держался, несмотря на все старания защитников, но… стоило на миг перевести взгляд на простых горожан, которых мы успели спасти от монстров и спрятать под новым защитным куполом, как сердце наполнилось решимостью, а крылья вновь задрожали от избытка магии. Как тогда, на горе…
Маги щедро делились своей Силой и искрящейся верой. А я превращала их надежду в смертоносные боевые плетения, используя молитву словно карающий клинок. Но едва собралась начертить в воздухе новую руну, как дом содрогнулся от мощного подземного толчка, а прямо передо мной, по ту сторону щита из клубящегося от дыма портала вышла Скарлет…
ГЛАВА 24.5
Она по-прежнему была в теле Солы, и хоть изменила его до неузнаваемости, мне хватило одного взгляда, чтобы понять, кто передо мной. Порок в каждом движении, зло и ярость во взгляде. Если бы у бубонной чумы было женское лицо, Скарлет могла бы стать её идеальным воплощением.
Смертоносная, уничтожающая всё на своём пути, идущая по трупам и оставляющая после себя пепелище… Абсолютная тьма, для контраста облачённая в золото и шелка.
Алое как кровь платье, с длинными широкими рукавами, полностью закрывающими кисти, но бесстыдно обнажающее белоснежные плечи и грудь. Неестественно узкая юбка и туфли на огромной платформе, похожие на те, что носили земные гейши. Из-за них Скарлет передвигалась крохотными шажками, покачиваясь будто ивовая ветвь на ветру. И на фоне горящей улицы, залитой кровью чудовищ и погибших горожан, её наряд смотрелся откровенно жутко, демонстрируя неприкрытое издевательство и насмешку над чужой болью и смертью.
Тишина… и секунды, кажущиеся вечностью. С появлением Скарлет время будто остановилось, увязнув в патоке её парфюма и сладострастном шелесте шёлков.
Затихли твари, на миг взяли передышку и драконы, используя внезапную паузу, чтобы поправить щиты над испуганными горожанами и особняком. Даже плясавшие вокруг меня искры штормовой магии застыли в напряжении.