Четырнадцать лет назад Гриффин Берри оказался на пиратском корабле, став одним из каперских капитанов Южных морей. Его терзают воспоминания о покинутой Поппи, и возникает вопрос: любит ли она его или забыла? Приемный сын Колин мечтает о любви, но сталкивается с морскими странствиями.
Отец как-то заявил, что переберется в Шотландию, как только она вырастет. А мать утверждала, что она под стать своему отцу.
Грейс же в глубине души негодовала по поводу того, что все вокруг говорят только о Лили.
– Недавно я в первый раз проехала верхом в манеже с препятствиями, – сообщила она Колину, проигнорировав его не слишком удачную шутку про эльфов. Лили не способна летать… И в седле она держится куда хуже ее.
– Молодец! – похвалил Колин. – Ну и как, успешно?
Грейс помотала головой. Не прошло и десяти минут, как она шлепнулась на землю, и домой ее доставил конюх.
– Ну а у вас в море много развлечений?
– Ну да… Ты ведь всегда говорил, что ничего на свете лучше нет, чем уйти в море и больше никогда не ступать на твердую сушу. Вот я и интересуюсь, так ли это увлекательно, как тебе представлялось.
– Ну, временами бывают очень увлекательные моменты, – проговорил Колин и умолк, поскольку к нему по какому-то вопросу обратилась его мать, сидящая слева.
– И что это за моменты? – спросила Грейс, как только он снова смог уделить ей внимание.
– К примеру, неплохое развлечение – отрываться от шторма, преследующего корабль. Он завывает за кормой, и приходится немало постараться, чтобы его перехитрить.
Грейс могла без труда все это представить благодаря картинам, которые видела в Национальной галерее.
– Во время шторма, наверное, очень сыро и холодно? Тебе было страшно?
– Штормы не всегда бывают холодными. К примеру, в тропиках вода теплая, как в ванне, но и там шторм может взбурлить ее так, что она пенится, как взбитые сливки.
– Не хотелось бы все это видеть.
– Кто знает, возможно, тебе и понравилось бы. Порой испытываешь такое возбуждение, когда несешься на всех парусах, подгоняемый сильнейшим ветром, быстрее, чем самая быстрая птица.
Грейс покачала головой.
– Мне не надо никакого возбуждения.
– Ну конечно… Это ведь Лили унаследовала пиратскую натуру.
Опять эта Лили… Как же надоело постоянно о ней слышать!
– Ну а менее увлекательные моменты бывают?
Глаза Колина потемнели, став не столько голубыми, сколько синими. Как море перед штормом, подумала Грейс. Или любимая отцовская жилетка. Отец предпочитал темные тона, тогда как мать стремилась облачить его в великолепный пурпур.
– Вряд ли тебе захочется об этом слушать.
Грейс села прямее и растянула губы в вежливой улыбке. Благодаря матери, она обладала прекрасными манерами и знала, что никогда не следует спорить за столом.
– Желание послушать у меня есть, – проговорила она.
