— А еще он будет о тебе очень заботиться! — с жаром продолжила матушка уверения, и у нее даже румянец появился. — Леста, Ивар прекрасно воспитан и действительно достоин тебя! Он обещал…
— Если ты дашь ему согласие, девочка моя, — мягко прервала ее Мирана, — Ивар сможет проводить для тебя лечебный ритуал. Узы брака так же священны, как узы крови, и никто не осудит наследника, что он рискует жизнью ради жены и будущей матери своих детей…
«А рискуй он ради сестры, то осудили бы? — огрызнулся внутренний голос Лестаны. — Что за бред? Ложь пополам с правдой куда опасней, чем одна ложь! Но что Мирана задумала?! Неужели она заподозрила, что Хольм участвует в ритуалах, и поняла, что мы женаты? Иначе зачем эта фальшивая попытка заманить меня в брак?! Но что же делать? Как отказаться?!»
— А он не боится, что я никогда не смогу встать на ноги? — спросила она, старательно добавив в голос побольше неуверенности. — Или не смогу призвать зверя…
— Он все равно будет любить и уважать тебя! — Мирана наклонилась, и ее глаза в полумраке блеснули янтарем сильнее, чем настоящий янтарь в бусах. — Лестана, милая, Ивар станет тебе прекрасным мужем! А главное, ты сможешь примирить весь Арзин — разве это не прекрасно?
«В точности как Сигрун, — усмехнулась про себя Лестана. — Волчица тоже уверяла, что ее сынок — лучшее, что может быть у меня в жизни. Но даже она была куда честнее! Что же делать… Может, попросить время на раздумья?!»
— Мы могли бы объявить о браке до твоего дня рождения, — ласково подсказала Мирана, словно прочитав ее мысли. — Тогда никто не подумает, что ты вышла за Ивара от отчаяния, даже если Рысь к тебе не придет. Такое решение будет выглядеть очень достойно.
«И навсегда закроет мне все дороги, кроме одной — жены Ивара и матери его детей. Фу, даже подумать мерзко! Я — и этот… слизняк!»
— Я… вам очень благодарна, тетушка, — сказала она негромко, понимая, что отсрочка все равно не поможет. Напротив, нельзя давать Миране ни малейшего повода пустить нужные им с Иваром слухи о ее, Лестаны, согласии! — Но выйти за Ивара, простите, не могу.
— Почему? — так натурально изумилась жрица, что Лестана ей даже поверила. — Девочка моя, неужели ты до сих пор страдаешь по младшему сыну Ингевальда?! Мерзавцу, который тебя обманул?!
Ах, каким соблазном было сказать именно это! Лестана даже несколько мгновений посмаковала подсказанный тетушкой выход.
