В непроглядном тумане глухой зимней ночи Вера искала выход из ледяного леса. Ночь была чернее кромсной, и лишь редкие блестки снега давали ощущение мира. Она шагала мимо обрывов в бездонные ямы вечности, где дыхание застывало на губах. Это был не крайний север, но начало еще большей тьмы......
Было проще и понятнее в первый день, ты хозяин, я экономка. Я не хочу этих сложностей, мне они не нужны. У тебя есть девушка, она приезжала, я видела, и я не хочу, чтоб в обязанности экономки была включена функция обслуживании в постели, а это именно так и выглядит.
Она говорит на полном серьезе, но начинает смущаться, я стою слишком близко, покрывало низко на моей талии. Вера так забавно отводит взгляд от моего голого торса, опускает глаза вниз, видит мой возбужденный член, который выпирает бугром, сглатывает.
– Ты все сказала?
– Нет, – мотает головой, в испуге поднимает на меня глаза.
– Нет, ты все сказала!
Хватаю её за халат, снова целую, не могу удержаться, в её порочные губы, которые она постоянно кусала, пока говорила об отъезде. Целую жадно, с ней я словно дикарь, первобытный человек, готов закинуть на плечо и отнести в пещеру, чтоб залюбить там до смерти, и, наверняка, это будет моя смерть.
Глава 14
Вера
Я все слышала, слышала каждое слово, что говорили мужчины внизу.
Найдя забытый за эти дни телефон, я увидела сообщение. Первое время, как только он у меня появился, я пугалась сообщений и звонков, но они все чаще были о какой-то рекламе, предложениях кредита, посещениях салонов, распродажах и всевозможных акциях.
Но это было сообщение от закрытого номера, оно пришло вчера ночью, когда я так крепко и быстро уснула.
«Ну, привет, моя Птичка!».
Всего четыре слова, после которых хотелось исчезнуть совсем.
А за ним тут же еще одно: «Я знаю, ты скучала по мне».
Руки так и чесались собрать чемодан и уйти в тайгу, чтоб уж точно меня никогда не нашли, скорее всего, там загрызут волки, а дальше жалкие останки обглодает дикое зверьё. В любом случае, моя смерть будет неприглядной.
Но я поняла, что Толя меня нашел, еще до сообщения.
А что, если вся эта моя мнимая свобода – только иллюзия? Что, если он давно знает и знал, где я находилась и чем занималась.
