В непроглядном тумане глухой зимней ночи Вера искала выход из ледяного леса. Ночь была чернее кромсной, и лишь редкие блестки снега давали ощущение мира. Она шагала мимо обрывов в бездонные ямы вечности, где дыхание застывало на губах. Это был не крайний север, но начало еще большей тьмы......
Терзает губы, а мне мало, сама за волосы притягиваю его ближе, сплетая наши языки. Егор вжимает меня в дверь, даже сквозь слои одежды чувствую его эрекцию. Живот скручивает, тело помнит его член внутри и резкие толчки.
– Останови меня, – хрипит, кусая губы, задирает узкое платье до пояса.
– Не могу, – мой жалкий ответ, и стон, когда руки сжимают мои ягодицы, прижимая к себе.
– А я уже не смогу, – подхватывает под бедра, несет, куда-то вглубь кабинета.
Угловой диван, верхняя одежда летит на пол. Оттягивает высокий ворот платья, целуя шею, забираясь рукой мне под колготки в трусики, где всё уже мокро.
– Ты опять оделась так, что до тебя невозможно добраться, – Егор рычит, разворачивая меня спиной к себе, стягивая мои колготки вместе с трусиками вниз.
Падаю грудью на спинку дивана, попка задирается кверху, слышу шелест одежды, что-то летит на пол, пряжка ремня, ладони скользят по моим обнаженным ягодицам. Пальцы накрывают возбужденную, мокрую плоть, растирая по ней влагу.
– Чёрт, Вера, прости, но без прелюдий.
Мои бёдра приподнимают чуть выше, чувствую, как головка члена скользит между половых губ, задевая клитор, слишком медленно. Но в следующую секунду возбужденная до предела плоть врывается в меня, одним толчком, до упора.
Громко вскрикиваю, принимая яростные движения, подаюсь навстречу им. Всё слишком быстро, сильные руки на моих бедрах, резкие движения и шлепки моей попы о напряженный живот мужчины.
Мышцы крутит, руки до белых костяшек сжимают кожаную обивку диван.
Глава 22
Егор
Это случилось снова. Меня накрывает рядом с ней. Надо поговорить, сказать многое, но что-то животное во мне берет верх, меня тянет, влечет, а Вера словно подливает сама масло в этот огонь, и мы горим вместе.
Вижу, что-то не так с девочкой, не лезу с вопросами, чувствую, что спугну, и закроется снова, как это она любит и умеет. Уйдет ведь, и я не смогу остановить, если только не посадить под замок, как это сделал Морозов.
Моя забота ее напрягает, я чувствую, будто ей всего этого не надо. Как часто я встречал женщин, которым ничего от меня не надо? Да никогда! И для меня было нормально чем-то платить за близость с ними.
