— Джосайя обошел стол и коснулся локтя Эбель. — Вы все в безопасно…
— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!
В коридоре раздался пронзительный крик.
В ушах застучало испуганное сердце. Соль сильнее сжала ремешок сумки и, проглотив застрявший в горле ком страха, посмотрела на профессора. Кто-то кричал так явно не из-за крысы в углу, проваленного теста или плохой новости. Этот вопль раздирал душу. Он внушал тревогу, окутывающую тело. И предвещал что-то ужасное.
— Оставайтесь тут, — скомандовал Джосайя.
Но никто его не послушал: направившись за ним, все трое выбежали в коридор.
У дверей в кабинет истории толпились студенты. Мисс Джефферсон отгоняла их, плача и тяжело дыша. А заметив мистера Кэруэла, бросилась к нему, зарыдав еще громче.
— Джосайя, это…
— Разойдитесь! Живо! — Мистер Кэруэл растолкал студентов.
Ноа, Соль и Эбель шли за ним, еле продираясь через любопытную толпу.
— Что случилось? — голос мисс Моретти раздался где-то за спиной Соль.
— Почему в коридоре такие крики?! — к нему присоединился голос мистера Льюиса.
— Там… Там… — Но преподавательница истории все никак не могла собраться с силами и ответить им.
Мисс Моретти обняла ее и, что-то шепча на ухо, попыталась успокоить. Мистер Льюис выхватил из толпы плачущую Ребекку, чтобы узнать все у нее. Рядом с ней и Амелией стоял Йонни. Они были шокированы, в глазах читался лишь ужас.
— Я сказал всем уйти! — пытался перекричать всех Джосайя. — Тут не на что смо…
Он остановился, и Эбель, идущая за ним, врезалась ему в спину. А в нее и Соль с Ноа.
— Боже. — Эбель вышла вперед и, встав рядом с Джосайей, ужаснулась, прикрыв рот рукой.
Но профессор быстро притянул ее к себе и, отвернув, спрятал ее лицо в своем шерстяном свитере.
Подул ветер: он разнес по коридору металлический запах крови. Соль затошнило: она захотела уйти, но кто-то из студентов толкнул ее вперед и, потеряв равновесие, она упала на пол. Прямо в лужу крови, которая струилась по стыкам белоснежной плитки. Соль затаив дыхание подняла глаза.
Сердце застучало быстрее. В ушах зазвенело. И, сдерживая тошноту, она чуть не закричала.
— Тише, Соль, — подошел к ней со спины Ноа. — Тише.
Его холодные пальцы закрыли ей глаза, а аромат сладких духов перебил металлический запах. Соль наконец вдохнула полной грудью и, опершись на Ноа, задрожала. Ей было страшно. Как и ему. Его руки тряслись, а частое дыхание обжигало макушку.
В кабинете истории на полу лежал труп. Форма распорота, на груди вырезан новый символ. Один в один, как тот, что был на теле смотрителя кладбища. Из раны на шее на пол стекала кровь. Рядом лежал окровавленный меч, снятый с макета рыцаря, стоящего в углу кабинета.
На лице мертвеца застыла гримаса ужаса, сжатые кулаки лежали вдоль окоченевшего тела.