Вечернее кладбище Академии Скура напоминало гробницу древних египетских храмов, где каждый камень был как сердце умершего. В этот вечер здесь собралась особая аудитория — те, кто после смерти оказался среди живых, несмотря на все попытки исключений от мира мертвых. Здесь каждый мог найти своего друга в изгнании, пропавшего по ту сторону обрывов времени и пространства....
— Мы тебе не враги. Я обещаю, что помогу освоиться. — Он заглянул в голубые, покрасневшие глаза Эбель. — Окей?
Отчего-то ему хотелось верить. Странно, ведь успокаивающая аура была у Вуд, а не у него.
— Я же просила не говорить так, — улыбнулась Эбель.
— Я перестану, если завтра увижу тебя на шифрологии. — Джосайя, улыбнувшись, наконец отступил. — Подумай, почему ты оказалась тут? Для чего? И ты удивишься, когда найдешь на это ответ.
Он, почти подскакивая, видимо радуясь своей победе, подошел к двери.
— Но успокоительное все-таки выпей.
— Душнила, — проводив его взглядом, шепнула Эбель.
Каждой скуре достается свой уникальный дар. Нет человека, похожего на тебя. Нет и способностей, что, словно дешевые духи из «Волмарта», носит каждая уважающая моду школьница.
На самом деле Эбель была одной из них, ну, из тех девочек, которые за пять долларов покупали подделку на Lost Cherry от Tom Ford и, надушившись ею с ног до головы, разгуливали по школьным коридорам в надежде подцепить красивого мальчика.
Так было до момента, когда ночью к ней пришел призрак. Тогда и началась ее необычная жизнь. Чертовы мертвяки являлись к ней каждую ночь на протяжении четырех лет. И Эбель помнила всех.
Словно проживая день сурка, она была готова поверить в Бога и вместе с матерью молиться перед сном. Но ей ничего не помогало — призраки не уходили. Оставалось лишь принять, что Эбель Барнс — очередная презираемая людьми скура и что призраки, поселившиеся в ее комнате, никуда не уйдут. Возможно, даже после ее смерти они будут таскаться за ней и, гнусавя на ухо, молить о помощи."
"Эбель не понимала, почему этот дар достался именно ей и почему в мире больше нет того, кто помог бы ей разделить эту участь.
— Вон та девчонка, видишь? — указала Соль пальцем на стол, где сидела кореянка с белой нашивкой. — Ее зовут Хичжин, и она дышит под водой.
Эбель было откровенно плевать, кто, где и чем дышит. Она метнула взгляд в сторону студентки и быстро опустила его обратно, в тарелку с куриной ножкой, брокколи и вареной картошкой.
