Вечернее кладбище Академии Скура напоминало гробницу древних египетских храмов, где каждый камень был как сердце умершего. В этот вечер здесь собралась особая аудитория — те, кто после смерти оказался среди живых, несмотря на все попытки исключений от мира мертвых. Здесь каждый мог найти своего друга в изгнании, пропавшего по ту сторону обрывов времени и пространства....
— Чувак, — Ноа толкнул Реджиса в плечо, — что между вами с новенькой?
Другого вопроса от него точно ожидать не стоило.
— О чем ты? — хриплым голосом отозвался Реджис.
— Ну… — Ноа наклонился к его уху и обдал теплым дыханием. — Ты пялишься. Прям раздеваешь ее взглядом.
Реджис дернулся и, уставившись на пыльные полки с однотипными корешками книг, сделал вид, что даже не смотрел на вторую парту.
— Так что между вами? — смелее зашептал Ноа, теперь тоже с поддельным интересом рассматривающий старинные книги.
Реджис отодвинулся, но болван уставился на него, ожидая ответа.
— Мне ты можешь рассказать. Я, — Ноа провел пальцами по губам, показывая, как застегивает рот, — никому!
— Ничего.
— А? — не расслышал Ноа.
— Между нами ничего.
— Понял. — Ноа наконец перестал пялиться на Реджиса и добавил тише: — Надеюсь, сегодня на вечеринке ты будешь болтливее.
Когда в кабинет явился профессор, Ноа успел задремать.
— Доброе утро, пытливые и жадные до знаний умы! — поприветствовал всех высокий худой мужчина в твидовом пиджаке и водолазке.
— Доброе утро, мистер Кэруэл! — хором отозвались студенты.
Но Эбель молчала. Они лишь странно улыбалась, пряча взгляд в тетрадь. Преподаватель, заметив это, тоже улыбнулся. Зачем-то…
Он кинул на стул пиджак и, обойдя стол, заваленный кучей свитков, оперся о него. Его взгляд остановился на Реджисе (видимо, Кэруэл понял, что он очередной новенький), а затем на Ноа.
— В этом году, к большому сожалению, мой предмет сделали факультативом. А это значит, что сегодня вы здесь по своему желанию. А еще — что вам интересны шифрология и забытые языки. Я прав, мистер Эдвин?"
"Ноа не услышал его. И это явно проблема. Не только для Ноа, которому сделают выговор, но и для Реджиса. Ведь все, несомненно, обернутся на них. И Эбель. Эбель тоже повернется.
Ничего не остается, кроме… Реджис замахнулся и ударил Ноа по затылку.
— А? — Тот резко проснулся. — Ты что делаешь? — Реджис кивнул в сторону профессора, и Ноа быстро сообразил. — Да, мистер Кэруэл. Что бы там ни было, да!
Профессор вздохнул, и Ноа вновь улегся на руку.
— Но, к счастью, — сказал мистер Кэруэл с такой гордостью, будто только что сразил немейского льва, — я смог договориться с директором на второй дополнительный час занятий.
Нет, сразил он не немейского льва, а как минимум лернейскую гидру.
