Из груди порой вырывалось негромкое яростное рычание, вены на руках и шее вздулись, почернели, опасно предвещая начало дальнейшей трансформации.
Когда Дамиан остановился, он смог лишь упасть на землю, упираясь локтями в сухую колкую траву. Та моментально начала дымиться, расходиться характерным потрескиванием летящих искр.
Алые глаза сквозь тёмную пелену гнева взглянули перед собой.
Да, тот самый. Белый камень, высокие башенки, привычное здание многоугольной формы. Храм Калиши.
Первородная сущность внутри сейчас буквально взвыла, требуя освобождения. Долгожданного покоя.
Дамиан опустил голову, чувствуя как разбегаются под кожей колкие мурашки, бегущие от позвоночника до кончиков пальцев. Услышал треск ткани на спине и широкой мускулистой груди.
Дальнейшие события отпечатались смутно. Кровь на сбитых кулаках, камни, собственный рёв. И это стремление снова, ещё и ещё, заново ударить, разнести дерьмовые подобие святыни на неосязаемую пыль.
Ветер хлестал по ушам и лицу, ногти заострились, чёрные пряди волос удлинились, на коже головы начали проступать грубые тёмные рога.
Дамиан оскалился, обнажая кристально белые клыки. Белки глаза затуманились, заполнились алым цветом жажды.
Убери! К Бездне это всё, убери, прекрати эту боль! Ничего уже не надо, пусть всё закончится!
Демон орал и буйствовал, выводил злость, окончательно разрушая несчастное пристанище богини любви.
Зачем ему эти чувства?! Зачем ты подослала её, Калиша?! Ради чего дала попробовать жить?! Чего ты от него хотела?!
Время замедлилось. Пламя резко взмыло наверх, обуяв высокие развалины бывшего храма.
А в голове мужчины холодно, безжизненно отозвался чужой женский голос.
«Я тебя предупреждала. Я всё сказала. А ты как всегда ослушался. Теперь хорони себя под собственным же пеплом, демон.»
Виски пробила пульсирующая острая боль.
Дамиан в последний раз рыкнул, выкручиваясь, изгибаясь, пока позвоночник перестраивался. Пока удлинялись конечности, высвобождались хвост и рога, раздваивался язык. Пока терялись последние крупицы сознания.
Он не слышал голосов появившихся друзей. Остановившиеся поодаль, напряжённые, хмурые. Готовые в любой момент кинуться.
Пратенгиш мрачно мотнул головой, смотря на успевшую высвободиться вторую ипостась высшего демона.
Миркелий и Ринмеаль не ответили. Лишь невесело наблюдали за последней фразой трансформации, превращающей их лучшего друга в того самого, первородного демона: существо гигантского роста с темно-бордовой кожей, высокими чёрными рогами и бешеными алыми глазами. Последний раз это зрелище они лицезрели на войне, тогда, шестьдесят восемь лет назад.
Произошло то самое, чего они так опасались. Огненный демон, наследник Дархэнаатра и высший лорд-демон Дамиан Вефириийск всё же сорвался.