В облаках парят шпионы захватчика, а под землей Иржин и Лесса возвращаются домой после недели безумных приключений. Вдруг милорд Десуор решит судьбу их невезения? Но Вик не стала бы сомневаться — исключениями им стоит быть готовыми: осведомленный по-прежнему оставался в тени, лишь Лесса ставил под вопросе к фанатичным. Что ждет теперь наших героев? Мерзкое наказание или тайное исчезновение?...
— Лорна сказала ей точно такие же слова, — кивнул Арнард. — Тирваль Валдерис сейчас заливается соловьем в надежных руках магистра Эриера. Все помнят, как наш магистр заставил говорить нерадивых старост? Так вот это он еще сдерживался, потому что они были студентами, а не преступниками. На всякий случай Совет Магов был арестован полностью. По ходу допроса кого-то освобождают с извинениями, а кого-то переводят в менее комфортабельные камеры. И Академия откроется, обязательно. Жить, возможно, будет не так комфортно.
— А теперь поешь нормально, — негромко произнес мастер-наставник. — А если кто-то уже сыт, то на кухне достаточно посуды. Хватит на всех.
Иржин, даже не раздумывая, коротко кивнула и встала. Следом за ней поднялась и Лесса.
На кухне подруги легко поделили работу, после чего Тродваг, вытирая насухо тарелки, тихо спросила:
— Я не поняла про магистрессу Скорт. Объяснишь?
— Объясню, — кивнула Ирж и, сосредоточенно нахмурившись, заговорила, — не скажу когда именно, но очень давно, в семье Траарнских родилась принцесса.
— Ну, получается, не по слухам, — хмыкнула Лесса. — Интересно, почему она не вышла замуж?
Подруги стояли спиной и не видели вошедшего Арнарда.
— Потому что каждая ее близость с любимым мужчиной приводила к беременности. А каждая беременность заканчивалась выкидышем. Женщины-Рубежницы обречены на долгую, очень долгую жизнь.
— И очень одинокую, — передернулась Иржин. — А принцесса Дея? Она тоже Рубежница?
— Нет, Ее Величество провела над девочкой страшный ритуал, — ректор усмехнулся.
— Ее Величество мудрая и прозорливая женщина, — с уважением произнесла Лесса. — Так что с магистр… Оу, так она и есть…
— Да, — кивнул Арнард. — Она живет уже так долго, что не может далеко отойти от башни. Это будет стоить ей жизни. Ученики стали для нее родными детьми. Пусть не сразу, но Нардин стала счастливейшей из женщин.
