Автор
Девочка, чья жизнь изменилась после ухода хорошего мужа, сталкивается с внезапной свободой и сильными эмоциями. Ограничения рушатся, открывая путь к новой реальности, где волнение смешивается со злостью. Начинается новая, непредсказуемая история отношений.
Раздел Chitat.online для книги «Обычная история» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Девочка, чья жизнь изменилась после ухода хорошего мужа, сталкивается с внезапной свободой и сильными эмоциями. Ограничения рушатся, открывая путь к новой реальности, где волнение смешивается со злостью. Начинается новая, непредсказуемая история отношений.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Девочка, чья жизнь изменилась после ухода хорошего мужа, сталкивается с внезапной свободой и сильными эмоциями. Ограничения рушатся, открывая путь к новой реальности, где волнение смешивается со злостью. Начинается новая, непредсказуемая история отношений.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Обычная история» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Твою ма-а-ать! Все это время он был так близко!
— Я готова! Привет, — здоровается Сашка, оробев.
— Привет, Вороненок. Готова? Тогда пойдем.
К чаю я так и не притронулась. Но, думаю, Реутов понимает, что я скорее сдохну от жажды.
Сашка кивает и выходит из кухни, волоча за собой маленький детский чемоданчик. Прощание в дверях выходит скомканным и неловким. Сашка сникает. Чтобы ее расшевелить, говорю, что у меня для нее есть сюрприз. Как я и надеялась, дочь проявляет интерес. Но, признаться, я ожидала от нее большего нетерпения. Когда машина такси въезжает в наш старый двор, я волнуюсь гораздо больше Саши.
— Конечно. Мы здесь когда-то жили.
И все? Ноль энтузиазма? Может, она просто не поняла? Сохраняя налепленную на лицо улыбку, прикладываю ключ к домофону. Поднимаемся на нужный этаж. Замираю у двери.
— Это наша квартира, Саш.
Почему-то руки начинают дрожать. С трудом открываю замки. Я так страшно волнуюсь, но мне нравятся эти эмоции — предвкушение долгожданного возвращения домой, непрерывно держащие меня в напряжении столько дней кряду. Сейчас ожидание закончится. И… Что и… Я не знаю. Толкаю дверь. Прохожу в коридор. С облегчением выдыхаю, когда понимаю, что здесь все те же обои и древний паркет, который мы с Реутовым отреставрировали незадолго до моей посадки. И снова загоняюсь — потому что все-таки что-то не так… Точно! Запахи нежилого помещения. Но это же ничего? Ничего, правда? Мы все исправим. Наступая на задники, стаскиваю с себя кроссовки и, забыв о дочери, несусь в комнату. Она пуста и безжизненна. Ни любимой мебели, ни занавесок. Ни-че-го от нашего дома. Но отказываясь это признать, я расставляю руки, запрокидываю голову и начинаю кружиться в центре…
— Давай уже пойдем? Здесь скучно.
Я резко замираю. От такой стремительной остановки темнеет в глазах. Руки падают вдоль тела, как у сломанной марионетки.
— Жарко. Я вся вспотела.
— Так мы включим кондиционер!
В каком-то полубезумстве я оборачиваюсь в поисках злосчастного пульта.
— Да лучше к тебе поедем. Хочу поиграть с тем песиком.
Каким еще песиком? Сашка еще о чем-то трещит, но я не слышу. Я оглушена и никак не могу взять в толк, неужели для меня одной это место так много значит? Я думала… Я надеялась совсем на другую реакцию. В очередной попытке урвать воздуха, открываю и закрываю рот. Но планета, которую я считала своей, видно, не пережила случившейся с ней катастрофы, и вместо кислорода в легкие проникает лишь боль, разрывая их на ошметки и кроша ребра.
