Комната напоминала скромный кабинет, где атмосфера была напряженной и мрачной. Ассишированный режиссер заставил себя войти, несмотря на волнение от темы беседы — о пострадавшем ребёнке Янины. Здесь говорили о вещих предсказаниях и необычных событиях в мире ведьм, создавая вокруг собственных слов непростую, но захватывающую атмосферу....
Быть может, Ероха рассказал, кто ему посоветовал спасти от холода двух сколопендр, которых потерял профессор Улизар Венимир? Так я действительно не знала, о том, что это были огненные сколопендры, Велислава сама виновата в том, что загорелась её мантия — нечего было пытаться выгнать из аудитории двух безобидных козявок.
Всё это пронеслось в моей голове со скоростью «Сапсана», поэтому я взяла Ваську за шкирку и сделала вид, будто мы гуляем совсем в другом направлении.
Очень жаль, что Велислава всё равно нас заметила, так что мои потуги были напрасны.
— Петрова, Савельева, прошу пройти к директору. Немедленно!
— Ну вот, а жизнь только начиналась! — печально пробурчала Васька, оглядываясь на меня — Чуешь за собой вину, ведьма? Вот и я нет!
Мы понуро поплелись за деканом, раздражая её своей медлительностью, навстречу нам попалась Карина, она сделала испуганные глаза, но мы молча показали ей кулак, так что некромантка прошла стороной с независимым видом.
— Есть в графском парке чёрный пруд, там лилии цветут… цветут… — посочувствовал, значит…
В кабинете директора Велибора мы были лишь однажды — во время нашего феерического внедрения в Школу.
— Девочки, скажите мне, что вы делали в закрытом флигеле? Том, что находится в западной части сада? Я не припомню, будто давал разрешение на посещение давно сгоревшего помещения.
Директор смотрел на нас в упор, предлагая каяться.
