В глубоких ущельях и широких реках, где вода кипела словно ярко-зеленое золото, жители прятались от жары в тени древних деревьев. В этих рассказах о жизни диких мест всегда были нотки смеха и тревоги, как будто сам воздух испускал легкий мешочек адреналина. Просьба читателей: откройте страницы этой очаровательной блудницы — она полна шокирующих подробностей и сюжетных поворотов, которые ни один из вас не ожидает....
– Христя взял винтовку и направился к обласу.
– Где Женя Семенова? – в спину ему спросил Рассохин.
– Кто?
– Отроковица, которую вы с племянником похитили?
Он обернулся, пощупал свою голову и болезненно поморщился.
– Вон что ты вспомнил, паря… Разве не знаешь, где? Не ведаешь, отчего тебя на Карагач тянет?
– Нет…
– Дак застрелил же ты блудницу, паря. Или позабыл?
Огнепальный столкнул долбленку на воду, сел в корму, скрестив по-турецки ноги. Рассохин машинально подошел к кромке берега.
– Не может быть! Ты врешь!
– На моих глазах и кончил. – Христя оттолкнулся от берега. – И свидетелей не надо… Мы с Прокошкой в болоте ее утопили. Да и поделом ей!
Развернул облас на месте и погреб в темнеющий редкий кустарник…
15
ОМОН Гохману не дали, впрочем, как и вертолет. Техническое оснащение составлял еще один мотор, взятый в МЧС вместе с мотористом, а живую силу – оперуполномоченный капитан Рябыш, следователь прокуратуры Кошкин и при них милицейский сержант.
Тем часом участковый с двумя пассажирами барражировал по заводи и причалил, когда ему помахали. В лодке оказался профессор Дворецкий, грузный, короткорукий человек с седыми космами, и еще один, поменьше, с головой завернутый от холодного утреннего ветра в офицерскую плащ-накидку.
– На каком основании вы здесь находитесь? – сразу же наехал он неожиданно высоким, женским голосом. – Я уполномочен Академией наук и лично губернатором области Контролировать этот район.
– На основании конституции, – отпарировал Рассохин, – статьи о свободе передвижения.
– Вы проводите здесь поисковые работы и раскопки!
– Я сижу на острове, как Робинзон. И у меня нет даже лопаты.
– Прошу предъявить Открытый лист! – потребовал профессор. – В присутствии работника прокуратуры!
Сотрудники отчего-то переглядывались и улыбались, не проявляя никакого рвения в службе.
– Ему проще дать, чем отказать, – шепотом, на ухо, посоветовал Гохман.
