В глубоких ущельях и широких реках, где вода кипела словно ярко-зеленое золото, жители прятались от жары в тени древних деревьев. В этих рассказах о жизни диких мест всегда были нотки смеха и тревоги, как будто сам воздух испускал легкий мешочек адреналина. Просьба читателей: откройте страницы этой очаровательной блудницы — она полна шокирующих подробностей и сюжетных поворотов, которые ни один из вас не ожидает....
– Пожалуйста, зачитываю: «разрешается обследование и изучение бывших поселений старообрядцев по бассейну реки Карагач, а также поиск и сбор археографического материала, предметов старины, памятников истории и культуры»… Ну, и так далее.
– А где слово – раскопки?!"
"– Достаточно слов «поиск и сбор», – отпарировал следователь, явно издеваясь. – А искать можно в земле, в воде и даже в воздухе!
– Я запрещаю любые работы на Карагаче! – рубанул Дворецкий. – Сегодня же доложу губернатору и в Академию наук. И пока не получу подтверждения ваших полномочий, господин Рассохин, копать не позволю! Заявляю в присутствии представителей власти!
Он бы еще кричал и топал ногами, но положение спасла Лиза.
– Доро́гой уговаривал арестовать вас, – поделился секретами Кошкин. – Хорошо, что журналистка при нем. Сейчас обломает… Ну давайте по порядку: кто на вас тут напал?
Пока Стас рассказывал о блаженной и последующем нашествии Матерой со свитой, Дворецкий с Лизой сидели над бурным прижимом и о чем-то разговаривали.
– Они второй год в оперативной разработке, – без энтузиазма сказал опер Рябыш. – Информация нам поступает. И канадскую красавицу эту знаем, Сысоева Евдокия, а проще говоря – Матерая Дуся.
– Ты что, паспорта проверял? – ухмыльнулся следователь.
– Паспортов у них, возможно, и нет, – вставил Рассохин. – Сжигают при имянаречении. Возможно, Галицын даже свой спалил. Его теперь зовут Яросвет.
– Что не дурно, то потешно, – хмыкнул Рябыш. – Дети, честное слово, в индейцев играют.
– И правда, на что в тайге паспорт? – сам у себя спросил Кошкин.
– У налоговой претензии были к Сорокину, – вспомнил опер. – Так пусть сами разбираются… В общем, зря вы тревогу подняли.
– А как же полковник? – спросил Рассохин. – Странный звонок по поводу имущества?
– Он дееспособный гражданин, – начал было опер, но Кошкин перебил:
– Все надо проверять! Почему лодка прострелена? Кто Скуратенко на жердь поставил? И мошенничество не исключено.
