В глубоких ущельях и широких реках, где вода кипела словно ярко-зеленое золото, жители прятались от жары в тени древних деревьев. В этих рассказах о жизни диких мест всегда были нотки смеха и тревоги, как будто сам воздух испускал легкий мешочек адреналина. Просьба читателей: откройте страницы этой очаровательной блудницы — она полна шокирующих подробностей и сюжетных поворотов, которые ни один из вас не ожидает....
И уже снова увлеклась историей Стовеста, но вдруг примолкла и предложила не ждать, а самим поехать к амазонкам – Рассохин этого и слышать не хотел.
– А если ночевать придется? – спросила Лиза. – Здесь как-то неуютно…
– Там будет уютно? Среди сорока отроковиц?
– Зато интересно!
– Найдем другое место, – пообещал он. – Сейчас разведем костерок и сварим чайку из смородины."
"Он прихватил рюкзак, поднялся на берег и помог взобраться Лизе. Дом, в котором так и не удалось пожить, сгорел до каменного фундамента, и внутри сквозь ржавые железные кровати и прочий металлический хлам уже выросли березы.
– Экологически чистое место, – заключила Лиза. – Где-то здесь гнездо сокола… А мама здесь была?
– Даже ночевала, – отозвался Стас.
– С тобой в квартире?
– Одна, я в бараке жил.
– Ты ее на постой пустил? – язвительно спросила Лиза.
– Вроде того. Она сначала к Репе заселилась, а он приставать стал. И в глаз получил…
– Какое целомудренное время было! – мечтательно произнесла она. – Люди здесь страдали, влюблялись, рождались и умирали. Теперь и не подумаешь…
– Все одичало. Будто никогда и не жили. Напоминает сгоревший корабль…
– Нет, есть примета!
Лиза указывала на провода, где, словно ноты на нотной линейке, сидели ласточки – городские, с раздвоенными длинными хвостами, правда, почему-то молча.
Прошло еще более часа. Успели сварить чай, разогреть тушенку и первый раз за весь день стали есть, однако никакого движения на реке не наблюдалось. В женской зоне стучали топоры, молотки и скрипели выдираемые ржавые гвозди – разбирали старые постройки.
