В темных улочках старой части Москвы, где воздух напоминает сладкую резину, Фаина Григорьевна находит приют в своем сердце и ароматах любимых духов. Заманчивая чутка криминального жестокого мира соседства не может уничтожить очарование обычных мелочей: синего джинсового чулочка на пальме в подъезде, забытой старой кофемашины и громких разговоров прохожих о том, что сегодня новый театр покажет "Каскад"....
Вы когда-нибудь видели скорпиона?
– Нет.
– Надеюсь, и не придется.
Вынув из мешка пачку сигарет, Павел закурил. Его шаг стал неторопливым и осторожным, и Валя поняла почему – идти было действительно тяжело. Ноги скользили по листьям, и существовала вероятность травмировать лодыжку или что-нибудь еще.
– А вы не боитесь устроить лесной пожар? – спросила она, намекая на пепел, летящий на землю.
– Нет, здесь очень влажно."
"Футболка с удлиненными рукавами и джинсы, несмотря на жару, после встречи с океаном сохли медленно, челка прилипла ко лбу, и даже дышать становилось труднее.
– Мы так будем идти миллион лет? – недовольно произнесла Валя, решая внести свою лепту в великое путешествие. – Может, вы предпримете какие-нибудь действия?
Она споткнулась, схватилась за ветку, не удержала равновесия и шмякнулась на колени. Неподалеку вспорхнула красная птица и с криком полетела прочь.
Павел остановился, развернулся, и к Валентине протянулась крепкая рука.
– Осторожнее, вы перепугаете всех в округе, – произнес он с наигранным укором. – И вперед вас пустить невозможно, и сзади оставлять нельзя.
– Я всего лишь споткнулась, – возразила она, игнорируя предложенную помощь, но грязь оказалась слишком противной, она прилипла к кроссовкам и не давала возможности подняться. Пришлось класть руку в его ладонь. – Спасибо, – сдержанно ответила Валя, поднявшись, и посмотрела на перепачканные джинсы.
– Не обращайте внимания, – посоветовал Павел, – скоро будет еще хуже.
– Спасибо, утешили. Как вы собираетесь искать ручей?
– Залезу на дерево. – Он пожал плечами. – Вон подходящее.
Валя проследила за его указательным пальцем и увидела извилистое дерево высотой метров в тридцать: тощее, страшное, ненадежное, с редкой и жалкой листвой.
– Это подходящее? – уточнила она.
– Да, я подыскивал именно такое.
