В просторном помещении-опенспейс со стены на стену работаете десятки людей, а мы с мужем Славиком остались вдвоем. Два года назад мы пришли туда одновременно и уже так привыкли друг к другу, что неразлучны. Кажется, даже в самые трудные моменты, когда кажется, что слёзы близки — мы всегда рядом, поддерживая друг друга....
Ещё осталось утолить жажду любви, но этом потом, после конференции…
О, я уже предвкушаю «это потом»… Так предвкушаю, что аж самой жарко.
Я бросила многозначительный взгляд на Илью — шок у него так и не прошёл до сих пор. Ничего, вот только останемся вдвоём… Я буду раскованной и бесстыдной, я уже придумала кое-что новенькое, так что тебя, мой дорогой, ещё ждут сегодня сюрпризы.
А затем презентация кончилась. Даже жалко стало. Мне очень понравилось выступать. И почему я раньше не выступала?
Теперь я понимаю артистов, которые рвутся на сцену и жаждут зрительской любви.
После моего номера объявили главного инженера Иркутскэнергосвязи.
Я бы с удовольствием послушала, я же теперь, оказывается, в этом разбираюсь, но Илья, как только вернулась на место, подхватил меня под руку и потянул на выход.
Мне не очень хотелось покидать этот чудесный зал с этими прекрасными людьми, но Илья… разве ему можно отказать? Он же невероятный! Вот он взял меня за руку, а у меня по венам сразу ток пробежал.
— Господи, Ксюша, что с тобой? — спросил он встревоженно, когда вывел меня. Наклонился, взглянул своими зеленющими глазами так, что у меня пол под ногами закружился. — Ты пьяна, что ли? Ты что-то выпила?
— Боже, — пролепетала я. — Я тону в этой зелени…
— Что? — он встревожился ещё больше, нахмурился, принюхался. — Ксюша, что ты пила?
— Ни-че-го.
— У тебя такая реакция на кофе?
— Нет, зеленоглазый, у меня такая реакция на тебя.
— Нет, с тобой что-то не так. Тебя же качает. А зрачки… ты видела свои зрачки? Даже радужки не видно…
Чёрт, бодрость и ясность и впрямь меня стремительно покидали. Цвета, формы, силуэты расплывались. Пол под ногами качался. Вокруг всё смешивалось в какой-то чудовищный калейдоскоп. И в этой мешанине только зелёные глаза виделись чётко и ярко. Они магнитом притягивали к себе, заставляя забыть обо всём.
— Да, что-то мне становится немного дурно… От духоты, наверное? Всё плывёт перед глазами, качается, как на корабле… Стой, ты же не знаешь самого главного! Я же тебя очень люблю. Обними меня скорее! И поцелуй за ушком…
Илья обнял меня, и я с блаженной улыбкой закрыла глаза…
60
Со мной творилось что-то невероятное. То я взмывала ввысь, как птица, то ныряла на глубину бездонного моря. Летать мне нравилось, тонуть — не очень.
