В просторном помещении-опенспейс со стены на стену работаете десятки людей, а мы с мужем Славиком остались вдвоем. Два года назад мы пришли туда одновременно и уже так привыкли друг к другу, что неразлучны. Кажется, даже в самые трудные моменты, когда кажется, что слёзы близки — мы всегда рядом, поддерживая друг друга....
Тогда как при Илье вылетали пулей, бледные и нервные, и поспешно разбегались по своим кабинетам.
Вот и сегодня в приёмной образовалась небольшая сутолока."
"Я хотела обратиться к Лидочке, узнать, нет ли у Ильи посетителей, но тут увидела, что над её столом возвышается незнакомая женщина. Стройная, миниатюрная, элегантная блондинка. Одета, сразу видно, модно и дорого. Солнцезащитные очки закрывали половину лица, но всё равно создавалось впечатление, что женщина красива.
Я не знала, кто она, и как смогла попасть в приёмную.
Я невольно замерла за спиной этой женщины, напряжённо прислушалась к их разговору с Лидочкой. Они спорили.
Тут я заметила, что и остальные тоже замолкли, с интересом наблюдая за развернувшимся диалогом.
— Я не могу вас пропустить к Илье Сергеевичу, — строго говорила Лидочка.
— Ещё раз вам повторяю, — повысила голос блондинка. — У меня очень срочный вопрос личного характера. Так что вы, девушка, ему просто доложите, что я пришла. Больше от вас ничего не требуется.
— По всем вопросам, в том числе и личного характера, директор принимает только по предварительной записи, — упрямилась Лидочка.
Блондинка, усмехнувшись, покачала головой. А потом сказала совершенно неожиданное:
— Полагаю, для своей невесты он сделает исключение.
— Что? — моргнув, переспросила Лидочка.
Сердце в груди дёрнулось и сжалось в тугой болезненный комок. На мгновение спазмом сковало горло так, что даже вдох не сделать.
Но потом я подумала — да ну! Что за глупости она несёт? Какая ещё невеста? Она врёт! Это же полная чушь! Просто дамочка решила во что бы то ни стало попасть на приём к Илье, вот и придумала такую дикость.
В приёмной воцарилась тишина. Все уставились на гостью, которая со снисходительным видом взирала на Лидочку.
А потом как по команде все наши посмотрели на меня. Посмотрели обескураженно и с такой невыносимой жалостью, что захотелось крикнуть им всем, смеясь: Да вы что?! Это же ерунда! Не надо на меня так смотреть.
И тут открылась дверь директорского кабинета, и в приёмную вышел Илья. Весь такой серьёзный, мыслями в делах… Я уж было подалась к нему, хотела сказать шутливо: «А вас, Илья Сергеевич, уже почти женили, пока вы там у себя сидите».
