В просторном помещении-опенспейс со стены на стену работаете десятки людей, а мы с мужем Славиком остались вдвоем. Два года назад мы пришли туда одновременно и уже так привыкли друг к другу, что неразлучны. Кажется, даже в самые трудные моменты, когда кажется, что слёзы близки — мы всегда рядом, поддерживая друг друга....
Парфёнов пожал плечами:
— Слухи ходят, когда что-то подозревают, строят догадки. А надо просто внести ясность — показать, что это всё неправда.
— Но это правда.
Улыбка сползла с лица генерального. С минуту он сверлил его взглядом, а затем просто сразил:
— Огорчили вы меня, Илья Сергеевич. Очень огорчили. Не ожидал. Я-то надеялся, что всё это досужие сплетни.
Крамер поначалу не мог взять в толк, почему генеральный так расстроился. Ему-то что?
— Зачем тебе именно она? — допытывался тот, перейдя на «ты».
Илье казалось, что генеральный директор несёт какую-то дикость. Пробовал возразить, но старик не слушал:
— Она вот тут у меня сидит, как заноза, — вдавливал он в грудь кулак, поросший седыми волосками. — Как мальчишка стал, её-богу. Есть не могу, не сплю. Между нами. Никому не говорил, а тебе сказал…
— У вас ведь жена, — напомнил ему Илья.
— Жена… Поживёшь с моё и поймёшь, каково это — почти сорок лет видеть одно и то же лицо.
— Я не понимаю, чего вы от меня хотите, — холодно изрёк он в ответ на ненужные откровения генерального.
— Отступись. У нас, кстати, служебные романы запрещены. Я, конечно, закрываю глаза, но…
— А как же статья 3 трудового кодекса?
Парфёнов, помолчав, кивнул.
— Понятно. Иди.
А спустя несколько дней Крамера огорошили этим переводом в филиал."
"Парфёнов, конечно, уверял, что этот перевод — служебная необходимость. Сетовал, какой там чудовищный бардак творится: планы продаж не выполняются, с дебиторами не борются, с бюджетом мудрят, с кадрами — разброд и шатание.
Про Елену Николаевну генеральный даже не заикался, но Крамер был уверен — в ней дело. Сплавить его подальше хочет старик, вот и всё.
— Этот филиал, — убедительно жаловался Парфёнов, — как гнойник, от него сплошные убытки. Из всех регионов — самый отстающий. Хотел уволить директора филиала, но ему там до пенсии всего год остался. Не подумайте, Илья Сергеевич, что мы вас туда насовсем отправляем.
Можно было спорить, возражать, уволиться, в конце концов, но Крамер видел: спорить и возражать — бессмысленно, приказ есть приказ, а увольняться он не хотел.
Вот если бы Лена поехала с ним!
С ней и эта ссылка не будет в тягость. А почему нет? У них же всё серьёзно. Пожалуй, он даже готов был на ней жениться.
